Hogwarts: Ultima Ratio

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



x-change

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

- дата: зима 1998 года, первая неделя февраля.
- место: всевозможные локации Хогвартса.
- участники: Дина Велингтон, Дин Томас.
- внешний вид: в первых постах участников.
- краткое описание:
Дикий крик девчонок разносится по всему коридору: "Томас, какого чёрта?! Это женский туалет." Молодой человек лишь закатывает глаза и выходит, в очередной раз допустив оплошность. Но он такой не один: где-то в подземельях Слизерина одна студентка вот уже вторую ночь путает спальню девочек со спальней мальчиков и наотрез отказывается  застегивать платья соседкам по комнате. Что-то явно не так с этими двумя. Дина, Дин. Дин, Дина. Кто есть кто?
- примечания:
немного магических превращений, дающих пожить в чужой шкуре ровно неделю.

Отредактировано Dean Thomas (29.06.2015 02:17:59)

+2

2

Динь-динь-дон. Динь-динь-дон. Воображаемый колокольчик звенел при каждом новом шаге и слизеринка думала, что все оборачиваются на этот звук, что все слышат звон и видят подлог так же явственно, как она его чувствует. Девушка неуверенно горбила плечи - совсем чуть-чуть, самую малость чтобы лишний раз не привлекать к себе внимание - и удивлялась тому, что она, оказывается, не только с Азазелем может быть не каменной. Оказывается, в жизни приключаются такие ситуации, к которым вышколенное по высшим требованиям этикета семейство Веллингтонов подготовить не может. Что-то Дина не помнила хотя бы намека на инструкцию " как сохранить лицо, проснувшись в теле гриффиндорца" среди всей той около-предворной важности, которой бабушка в избытке пичкала наследницу. Более того, у молодой ведьмы появлялась мысль, что окажись она сейчас не месте внучки - непременно упала бы в освященный всеми белоручками обморок, требующий незамедлительного подношения нюхательной соли, а после чего уже и воплей о необходимости "смыть позор кровью". Естесвнного гриффиндроской. Здесь даже стоял такой вопрос : что унизительнее - проснуться львом или им родиться? Ответа Оливер не знала, но была твердо уверенно в том, что в этом далеко не одинока.
- Томас, не лови ворон! - кто-то толкнул, намереваясь не столько ударить, сколько привести в чувства. Дина отскочила, с трудом задушив желание громко и четко поинтересоваться, какого лешего, но во время опомнилась и украсила чужое лицо рассеянной улыбкой. Пожать плечами, развести руки. Взглядом сказать что-то вроде - извини: я не я - перехватить учебник по-удобнее и быстро ретироваться, на выдохе заметив, что и в этот раз повезло.
Она не помнила всех приятелей Томаса. Она не знала всех его недругов. И даже не имела настоящего понятия о том, чем парень жил и чем дышал. Однако, если бы не страх, что её разоблачат и пара мелких деталей, списывающихся на физиологию, Веллингтон начала ловить себя на мысли, что ей нравится быть Дином. И это было звоночком иного рода - колокольчик во всю говорил о том, что слизеринка начала окончательно сходить с ума. От этих мыслей девчонку отвлекла лестница. А точнее то, как резко она оторвалась от "насиженного" места и взмыла вверх. Это, пожалуй, все еще оставалось одной из тех редких вещей, к которым в школе было сложно привыкнуть. Первой было постоянное лидерство алых нашивок и дополнительные балы даже тогда, когда их хозяева активно нарушали уставы, однако речь не о том. Дина затравленно огляделась по сторонам, даже боясь представить, куда на этот раз ведет своевольная лестница, и медленно опустилась на ступеньки. Кто-то так, между прочим, один студент попал на тупиковый балкончик и потом еще долго голос надрывал, привлекая к себе внимание - бедолаге смогли помочь только спустя день. И судя по всему именно туда её и нес зачарованный камень Хогвартса. Сначала это воспоминание тревожной иглой шприца  вонзилось в сознание, а потом в разум словно впустили немеющую анестезию. Ну, состыкуют её с тем балконом, ну, проведет она там сутки другие в одиночестве - какая проблема? По-крайней мере у неё будет время на передышку от этой вечной паранойи что кто-то вот вот узнает правду. Или, вообще-то, она может попросту не сходить - когда-нибудь лестница сама захочет назад. Да и, если положить руку на сердце, девушка была склона думать, что все пути, что неожиданно выстилаются перед нами ковровыми дорожками, посылаются судьбой не просто так.
Дин Дина Дин. Дин Дина Дин. звенела в ушах проклятая трель. Лестница вздрогнула и наконец остановилась. Пытаясь сбежать от надоедлевой музыки, Дина резко встала, отряхивая мантию и бойко поднялась вверх, перепрыгивая через ступеньку - когда ты мальчишка можно и не такое. Каково же было её удивление, когда ступив на тот самый балкон она увидела саму себя? Чуть назад не упала, ставя под угрозу не только свою жизнь, но и Томаса, который в свою очередь сейчас ставил персону Веллингтон под град лишних вопросов.
- Какого черта...- пробасила девчонка, подходя ближе и заглядывая через некогда родное и привычное плечо, - ты что, рисуешь? Сдурел? А если кто увидит? Ты забыл - я не рисую.
Однако приступ параноидального страха, в котле которого слизеринка уже варилась не первый день, не смог сожрать того факта, что перед ними стоял этюдник с наполовину ожившим великолепием, достойным похвалы.
- А если бы и стала, то уж точно не Уизли, - ехидно подметила Оливер, вспоминая наконец, кем на самом деле была. Она сложила руки на груди и вскинула вверх бровь, сощурив глаза и придавая телу Томаса позу до безобразия женскую - даже ногу выставила в бок и чуть назад отклонилась.

Отредактировано Dinah Wellington (21.10.2015 04:29:21)

+2

3

Вот уже второй день Дин Томас ни ест и ни пьёт. Или это Дина Веллингтон? Или Дин Томас? Или Дина? Или Дин? Кто их теперь разберёт.
Дин в очередной раз за эти два дня вздохнул и откинул одеяло, медленно растирая затекшую за ночь шею. Он не знал, как с этим справлялось его собственное тело, которое сейчас должно было находиться в спальне мальчиков Гриффиндора, но вот его самого в женском обличии древняя магия в спальню девочек Слизерина не пускала. Не обмануть магов древностями такими фокусами, как обмен телами. Да и кто, собственно, хотел меняться?! Вот уж точно не он. Как так вообще вышло?..
Всё воскресенье они провели за непомерно огромной домашней работой по Трансфигурации, не смея расстраивать своего декана и приходить без искры осознания происходящего в глазах. Томасу, в принципе, нравилось то, что преподавала профессор МакГонагалл, но наравне с остальными (за исключением, может, Гермионы), волшебник готов был выть от объёмов предоставляемого материала. Около восьми вечера они с Шеймусом-таки отложили перья в сторону, переглянулись, скрутили свитки и бегом бросились из библиотеки. Дин отправился в гостиную, а друг, сославшись на какие-то важные дела и свалив на Томаса свою поклажу, удалился в неизвестном направлении. Чернокожий лишь удивленно пожал плечами и, не имея никаких особых планов на этот вечер, улегся в свою кровать с красно-желтым балдахином уже около десяти часов. Последнее, что он помнил - помятый Невилл ничком валиться на кровать и тут же засыпает, под его мерный храп вырубается и Томас.

- Ты так и будешь спать на диване? - Гринграсс проходит мимо, неодобрительно косясь в сторону одногруппницы. Дин молчит и провожает её взглядом. Почему-то ему кажется, что Веллингтон сделала бы так же.
Если бы ты знала, как мне не хочется спать на вашем чёртовом неудобном диване и видеть ваши пресные рожи. За что мне это?
Немые мольбы Дина не находили своего ответа ни в первый, ни во второй день. Едва обнаружив себя утром понедельника на софе в гостиной Слизерина да ещё в женском обличии (лучше Дине никогда не знать каким образом он сделал это открытие), он тут же бросился прочь из логова змей, попутно сбив парочку своих "одногруппников". Первым делом ему стоило найти своё собственное тело, которое, как оказалось позднее, совсем не так остро переживало сложившуюся ситуацию.
- Ты что каждую неделю с кем-то телами меняешься? - через десять минут после обнаружения темнокожего объекта, спросил гриффиндорец. - Как так вообще произошло?
Но слизеринка на этот вопрос ничего не ответила. Как и несколько библиотечных книг. Как и святой Лука, к которому Томас почему-то решил обратиться, долбясь головой об стол в дальнем углу библиотеки. Рядом сидело его собственное тело и молча наблюдало всё это действо.
- Меня раздражает твоё спокойствие. И хватит сидеть с таким видом, будто кто-то умер. Улыбайся хотя бы иногда, - студентка Слизерина ткнула гриффиндорца в плечо, пытаясь растормошить его. Эта парочка вызывала интерес, слишком уж неоднозначно и странно они вели себя в этот день.
Под вечер они разошлись, так ни к чему и не придя. Обменявшись паролями от гостиных, студенты направились покорять не свои социальные ячейки, занимать чужие роли и улыбаться не свойственными ими улыбками. И всё бы ничего, Томас в лице Дины мог просто сесть в угол гостиной и молча читать, никто бы ничего и не заподозрил, но проблемы начались, когда он решил зайти за этой самой книгой в спальню девочек Слизерина. Магия замка сразу дала понять, что отрастив волосы и обзаведясь грудью, он не может рассчитывать на проход в священные девичьи спальни.  Что ж, не больно-то и хотелось. То есть, конечно, хотелось, но не очень. На самом деле очень, но не то чтобы прям сильно. В общем, пришлось смириться и провести вторую ночь на удивительно "удобном" темно-зелёном диване, а на утро, дождавшись, пока гостиная Гриффиндора опустеет, на свой страх и риск сделать вылазку, и забрав все инструменты, отправиться на излюбленный остров тишины. Там, где он часто отдыхал от суеты и выплёскивал свои переживания на холст.
- Ты что, рисуешь? - голос, слишком мягкий для такого внушительного тела, уничтожил тишину его острова. -  Сдурел? А если кто увидит? Ты забыл - я не рисую.
- А я бы тебе советовал. Очень расслабляет, - гриффиндорец накрыл недописанную картину светлой бархатной тканью и аккуратно сложил в холщёвую сумку. Ему не хотелось, чтобы кто-то видел то, что он рисует. Даже если это его собственное тело.
- Знаешь, кажется у нас небольшие проблемы. Я не могу попасть в спальню девочек, а так как мы не знаем как долго нам придется провести в таком положении - это вызывает неудобства, ты не находишь? - парень в девчачьем теле перегнулся через перилла и огляделся. В поле видимости никого не было, странная парочка, замороженный гриффиндорец и внезапно ожившая слизеринка были вне зоны досягаемости.

+2

4

- Полеты, - лаконично отрезала Дина без единого намека на ужимки или елейность. Просто сказала таким тоном, каким обычно в узком кругу мизантропов принято говорить о погоде. Каким Холмс мог объяснять что-нибудь Ватсону, если бы напечатанные слова имели интонацию. Девушка в теле парня пожала плечами и опустила взгляд на видавший и лучшие годы ботинок гриффиндорца. Это было еще одной досадной нелепицей, заставляющей глаз нервно подергиваться в священном тике. Она не могла изменить ровным счетом ничего из гардероба и быта Томаса - иначе это вызвало бы подозрение. Никто из них, как оказалось, не был уверен в том, насколько на самом деле их приятели внимательны, а рисковать не хотелось, вот и приходилось задерживать дыхание и считать до десяти...По-хорошему - тысяч, но терпения хватало до каких-то жалких тридцати, а после них на мушку волшебной палочки попадали уже другие вещи, - меня расслабляют полеты, хотя от чего именно ты, слава Слизерину, так и не узнаешь.
Дина запнулась, поднимая на волшебника взгляд полный недоумения, хотя была более чем уверена, что это тело не способно передать эмоцию достаточно красочно. Но стоило ей взглянуть на Дина в своей шкурке, как ведьма тут же поняла - былую красноречивость девчонка с ясными голубыми глазами потеряла. Что же она получила в замен, кроме явной пацанской неотесанности? Пока оставалось за кадром этой колдографии абсурда. Но ведь она обещала себе не злиться, не раздражаться и не истерить. Даже не смотря на то, что конвульсирующий в сугубо бабском припадке Томас выглядел бы несомненно комично. Они ведь заключили пакт о взаимном ненападении, да и, на удивление, хоть немного друг-друга уважали. С позиции квиддича, разумеется. Летное поле способно было примерить и Монтеки с Капулетти, если бы те хоть немного смыслили в прекрасном и не были столь узколобы. Глядишь и зелье бы переводить не пришлось.
- Всю жизнь считала, что если это скажет гриффиндорец, то у него либо пена ртом пойдет, либо кровь и носом, - девчонка лукаво улыбнулась, словно была лет так на пять помладше и нашла в устье реки старый тайничок, о котором все уже и думать забыли. Однако, серьезная мина некогда родного тела заставила спуститься с небес на землю.
- Знаешь, кажется у нас небольшие проблемы,
А то я, грешным делом, не заметила, - внутренняя язва кочевала вместе с остальной долей сознания и никакой магии подвластна не была. Дина вскинула бровь и покачнулась из стороны в сторону, всем видом давая понять, что готова дослушать мысль до конца.
- Я не могу попасть в спальню девочек, а так как мы не знаем как долго нам придется провести в таком положении - это вызывает неудобства, ты не находишь?
- Поверь, ты не многое с этого теряешь, - с каждым новым глубоким выдохом Дина не переставала диву даваться от этого странного ощущения - настолько уж мощная грудная клетка была у гриффиндорца, да и легкие запасали воздуха куда больше, чем она привыкла. Местами это даже кружило голову и Веллингтон могла легко сбиться на рассуждения о   насущном и невероятном, только собственное лицо, совершенно не поддерживающее её внезапную весёлость поставило на место. Дина нахмурила брови и спрятала ладони в растянутые карманы брюк, лаконично щелкнув языком и подмигнув Томасу, - койка Булстройд - то еще зрелище, Панси на нём малдшекурсниц проверяет на стойкость, но это тебе не интересно, правда?
Эта легкость, которая неожиданно начинала скользить между ними удивляла слизеринку, хотя девочка и пыталась найти логичное тому объяснение. Говорить с своим отражением не так уж и страшно, если знать, что человек им ставший находится в твоих руках ровно столько же, сколько и ты в его и прекрасно это понимает. Плюс, не обладает гениальностью Поттера или его дружочка Уизли младшего. Это успокаивает, располагает, а еще, кажется тело Томаса в детстве окунули в чан чего-то оптимистичного и вязкого и теперь это самое нечто начинало впитываться в гостящее сознание через каждую клеточку темной кожи. Забавляющий и пугающий факт.
- Но на этот счет у меня есть кое-какие идеи. Однако, предлагаю обсудить их за пинтой сливочного - эта чертовщина просто требует чего-то крепче тыквенного сока. У тебя, кстати, нет на него аллергии? - Дина-Дин изогнул бровь и кивнул за спину, приглашая товарища по несчастью за собой, хоть вовремя и поправился, выставив указательный палец в жесте кромешного назидания - но ты закажешь вина, и пойдем мы до прохода по отдельности.  И ты не спросишь, как я об этом узнал. И никому об этом не расскажешь. Договор?

+1

5

Они знали друг друга давно. Слишком давно, чтобы играть в предвзятость и предубеждённость. На удивление много событий связывают Томаса с этой девушкой. Пожалуй, слишком много, чтобы не воспринимать её всерьёз. Но слишком мало, чтобы поставить её в одну линию с Лавандой или Шимусом. Она находилась где-то за пределами самого близкого круга, тем не менее, покинув разряд обычных знакомых несколько лет назад. То ли природное умение Дина ладить даже с горным троллем, то ли суждения Дины, лишенные предрассудком, привели их к тому, что никто бы даже и не удивился, увидев их вместе, прогуливающимися по Хогсмиду или обедающими за одним столом. Ни гриффиндорским, ни слизеринским. Такие встречи можно было позволить только на нейтральной территории.
Несмотря на долгое знакомство, гриффиндорец не знал о Дине много. У неё как и у любого человека были свои тайны. А эта довольна щекотливая ситуация давала ему множество возможностей узнать её с других сторон. Однако, точно такой же шанс был и у самой Веллингтон, что, конечно, не могло не настораживать. Хотя, пожалуй, единственное, что ему стоит скрывать, так это то, что перед сном Томас обычно просматривал колдографии семьи. Шимус всегда считал друга чуть сентиментальным.
К этому стоит прибавить слово "ведомый". Так уж сложилось, что парень всегда следует за кем-то. Лидерскими качествами он не обделён, однако желание бесконфликтно проживать свою жизнь всё же сильнее. Вот и сейчас он идёт за своим телом, будто маленький телёнок за мамкой. Он не упрямится и не возмущается. Просто молча следует за формой гриффиндора.
За все эти годы Томас не узнал ни об одном тайном выходе из замка. Хотя, конечно, догадывался что таких тут с десяток. Первые годы они с Шимусом ещё пытались отыскать оные, а потом совсем забросили это дело. Но, кажется, Дина была более осведомлена в этом вопросе. Коридоры, лестницы, тёмные проходы, несколько потухших факелов и вот они возле старинной картины с тремя пивоварами: подошли к ней с разных сторон, а затем вместе вошли в дыру, что находилась за портретом, стоило лишь погладить раму с обратной стороны. Томасу лишь оставалось догадываться каким образом слизеринка узнала об этом выходе из замка. Но врожденная тактичность не дала засыпать собственное тело вопросами.
Около десятка минут студенты двух факультетов дышали пылью и затхлостью, цепляя на себя паутины и, как ни странно, совинные перья. Как ни странно, молчание, охватившее ребят, стоило им покинуть спасительный островок, как его называл Томас, ничуть не напрягало общей атмосферы. Верно им обоим было о чём подумать: а скрипнувшая дверь, ведущая в заднюю комнату Трёх мётел, будто бы вернула студентов к реальности.
Быстрые взгляды из стороны в сторону, и вот они уже сидят в самом углу довольного популярного заведения. Официант приносит две бутылки сливочного пива и бокал красного-полусладкого. Дин если и считал, что две бутылки для Дины многовато, предпочитал смолчать. Сейчас его больше интересовало решение насущных проблем, чем полоскание собственных мозгов.
- И какое же решение у тебя имеется?, - Томас пригубил бокал, громко сглатывая. Вино отвратительно обжигало горло. Они туда что, огневиски добавляют?
- А то мне уже надоело второй вечер подряд слушать как половина слизерина перемывает косточки кому не лень. Так и хочется, - тонкая девичья рука сжалась в кулак и едва ощутимо стукнула по столешнице. Никто в кафе даже не обратил на это внимания и Дин резко откинулся на спинку стула, постепенно расслабляясь. Сила, что раньше была в его теле, теперь отдана другому. Точнее другой. А ему теперь стоит учиться бить словом да взглядом, как это умела делать девушка, сидящая напротив.

+1

6

Добро пожаловать в мой клуб, Томас. Полагаю, ты можешь претендовать на эксклюзивное членство, — ехидно окрысилась Дина, смотря на то, как Дин издевается не только над хорошим вином, но и над её собственным выражением лица. Говорят, крайне полезно увидеть себя со стороны, но Веллингтон уже который день придерживалась совершенно противоположных взглядов. Конечно, она прекрасно понимала, что внешность это далеко не главное и не она одна делает тебя тем, кем ты являешься. Спорить с тем мог лишь волшебник немногим тупее Гойла, если подобные вообще в природе существовали и все же...
Все же не столь жутко было смотреть на то, что привык почитать собой, сколько невыносимо было понимать, как сильно другой человек старается быть тобой. Дина прикрыла глаза, на выдохе открывая бутылочку сливочного прямо об стол. Этот трюк она не раз видела в исполнении ребят с концертов, но самой всё никак не приходилось опробовать и на лице волшебника сейчас читалась неподдельная радость от маленькой и совершенно пустяковой победы.
Если не задушил Паркинсон в первый день, значит и компанию дементора сможешь вынести, так что не ной пожалуйста. Мне тоже не особо улыбается перспектива... Если Финниган еще хоть раз что-нибудь взорвет, я ему котел на голову надену и скажу, что так и было! — она не удержалась и всплеснула руками, чуть не пролив немного пива на столешницу и скамейку рядом, но внимание к их столику привлекла вовсе не этим, а тем, что совершенно случайно перешла на повышенные тона, фальцетом прозвучавшие из юношеских губ. Если бы Томас был чуть побледнее — и в том ни в коем случае не крылось ничего двусмысленного — то щеки его сейчас скорее всего загорелись пунцовым. Одолеваемая чувством неловкости, Веллингтон поставила бутылку обратно на стол и чуть навалилась на него левым боком, стараясь хоть как-то отгородиться от любопытных глаз. Для надежности даже ворот рубашки поправила и осторожно вытащила из кармана волшебную палочку и практически выплюнула заклинания отвода глаз.
Я не специально, — извинилась слизеринка, чем удостоила этот день почести быть внесенным в летопись если не всего волшебного мира, то хотя бы Хогвартса. Так искренне перед гриффиндорцами с её факультета еще никто не извинялся. Девушка забрала бокал с вином и пододвинула бутылку поближе к Дину, ненадолго прикусывая язык и силясь не взять слова обратно. Она пригубила немного и терпкий виноградный вкус вновь вернул волшебницу к жизни. Веллингтон плавно выпрямилась, складывая руки на столе перед собой и наконец приступила к тому, за чем они собственно сюда и явились.
В общем, пришлось залезть в запретную секцию для того, чтобы разжиться кое-какими сведениями. Кстати, думаю, ты должен знать, что обещал мадам Пинс небольшой натюрморт, - она подняла указательный палец верх, специально акцентируя на этом внимание, но очень быстро продолжила рассказ и от того у волшебника не получилось вставить возражения поперёк, — легче узнать, возможно ли создать филосовский камень в ванной магла третьей степени заурядности, чем объяснить, почему эта чертовщина произошла с нами, но, к счастью, это не тот случай, где для решения проблемы нужно знать причины. Хорошая новость — чтобы вернуться обратно не нужно никого убивать, продавать душу Снейпу или лабызать Филча в десны, — кажется,  в этот момент их обоих передернуло с одинаковой степенью отвращения, а если и нет, то Дин должен был быть заядлым извращенцем.
Нужно всего-то искупаться в Черном озере, в полночь при полной луне. Плохая новость, — Дина поднесла бокал к губам, не решаясь отпить еще, а просто бессмысленно болтая напиток. Смотреть при этом на собеседника ей совсем не хотелось, уж больно живо в воображении вставали картины того, что делали с теми, кто приносил дурные вести. Да и видеть свою недовольную морду удовольствие то еще, — ближайшее полнолуние через неделю.
И чтобы не останавливаться на дурном, она быстро продолжила, после чего сделала добротный глоток.
У тебя случайно нет планов на эту неделю? Было бы очень кстати, если они хоть как-то были бы связанны с больничным крылом и желанием не высовывать от туда носа. Если что — могу поддержать.

+1

7

- Не обижай Шимуса! Можешь обижать Рона, он толстолобый, а вот Финнигана не надо. У него тонкая душевная организация, он может обидеться и спалить весь Хогвартс. А мне бы хотелось здесь доучиться.
Дин, конечно, преувеличивал: они хоть и были семикурсниками, силой, способной подорвать старинный замок до основания, не обладали. Хотя тот же Финниган со своей предрасположенностью к пиротехнике мог бы отточить мастерство и через пару десятков лет вернуться и развеять сомнения Томаса на этот счёт.
И хоть гриффиндорец не переваривал большую часть содержимого гостиной Слизерина, Веллингтон всё же погорячилась. В случае с Дином, отсутствие прямого насилия - не было доказательством его расположения к человеку. Юноша вообще старался прибегать к силе в случаях исключительных, а против своих же одногруппников ни к кому, за исключением Блейза Забини у которого периодически возникало желание поразукрашивать своё лицо новыми оттенками. Но в случае с Блейзом это было скорее исключение, чем само правило.
Этот странный день и не менее странный вечер решили добить впечатлительного гриффиндорца окончательно: мало того, что Дина извинилась (хотя, не будем врать, Томас не считал, что она на это не способна. Помимо прочих студентов Слизерина, он выделял несколько человек, в том числе и саму Веллингтон, которые были не совсем пропащи для  работы над собой), так она ещё и благосклонно пододвинула ему бутылку с пивом, не заставляя давиться столь ненавистным волшебнику вином. Эти два события, произошедшие в столь короткое время, очень ободрили Томаса: кажется, произошедшее свяжет их лучше, чем некоторых семь лет проживания в одной спальне.
- Кстати, думаю, ты должен знать, что обещал мадам Пинс небольшой натюрморт.
Если Дина действительно там что-то нашла, что-то действительно стоящее, то Томас готов был изготовить для почтенной библиотекарши не только натюрморт, но даже портрет в полный рост. Возможно, на коне. Возможно, даже на живом.
- Ну же, не томи! Нашла что-то полезное?
Девичье тело, до этого мирно покоившееся на стуле вмиг сгруппировалось, будто хотело накинуться на сидящего рядом парня. Глаза большие и тёмные отражали блеск зажженных свечей, освещавших паб. Но помимо света из вне было в них что-то своё, глубинное, излучающее сияние без помощи сторонних источников. Со стороны могло показаться, что девушка так зажглась от каких-то приятных слов, произнесённых высоким темнокожим парнем. Она даже схватила того за руку и сжала чуть повыше локтевого сгиба, выказывая свое нетерпение и излишнюю заинтересованность. Но парень, как видно, не стал испытывать терпение темноволосой студентки и тут же продолжил свою увлекательную историю.
— Нужно всего-то искупаться в Черном озере, в полночь при полной луне.
Всего-то, всего-то! Он был готов броситься к Дине с поцелуями, но момент лобызания собственного тела изрядно остужали порыв. Слава тебе, Мерлин, от этого можно было как-то избавиться! Томас-то уже приготовился учиться плести косички и как-то объяснять родителям, что в их семье теперь будет на одного чёрного меньше, зато бонусом пойдёт белый ребенок. Навряд ли мама обрадовалась бы, брат с сестрами вообще бы не поняли что произошло, а отец просто пожал бы плечами и пошёл пить кофе. Из всей их семьи он уже давно перестал удивляться всевозможным приключениям пасынка.
- Знаешь, между нами говоря, чтобы каждый день не видеть рожу Блейза столько времени, я и Филча бы поцеловал. Да что угодно сделал, чтобы никогда больше не тащиться в ваши болотные покои.
Ещё один факт, радовавший Дина - слизеринка не стала лукавить по поводу ритуалов, необходимых для снятия этого наваждения. А ведь она с лёгкостью могла бы сообщить юноше, что тому необходимо в первый день лунного календаря голышом собирать зелёные побеги крупноцвета, а затем засушивать его под жарким солнцем пустыни Гоби. Это располагало и одновременно внушало какую-то веру в то, что эти приключения закончатся хорошо, однако...
- Ну, понимаешь, у нас есть традиция, - Дин немного замялся и сделал большой глоток из пивной бутылки, промачивая горло. - В конце каждой первой недели февраля мы собираемся вчетвером и Лаванда с Парвати гадают всевозможными способами. И я боюсь что ты, что тебе.., - темноволосая девица поднесла руку ко рту и слегка прокашлялась. - Покажется это странным, но для девочек это очень важно и...
Мямлить Дин умёл долго и нудно, а посему прекратил истязание себя и Дины. Однако другое, не менее важное событие должно было произойти на факультете Слизерин, о котором его студентке нужно было знать.
- А ещё утром я слышал, что кто-то из ваших намерен закатить масштабное событие по поводу своего дня рождения и ты чуть ли не первая в списках приглашенных. Точнее я. Или лучше сказать, мы? В общем, ты поняла.
На несколько секунд за столом воцарилось молчание. Каждый, вероятно думал о себе или же о человеке напротив. И доля мыслей каждого была привязана к одному очень важному моменту:"Как бы за эту неделю не накосячить так, чтобы не испортить жизнь другому".
- А можно я не пойду? А если нет, то мне нужно выпить как минимум с десяток таких бутылок, - легким движением руки девушка подняла бутылку и одним глотком допила содержимое, в конце вытирая губы рукавом чёрного свитера.

0

8

Знаешь, Блейз не самое большое наказание для всего нашего факультета. В энные лунные сутки они с Ноттом очень даже ничего, если не заняты своими мрачно-брачными играми и инвентаризацией черепов на полке, оплакиванием своей дохлой кошки или спорами, кто владелец сундука лакрицы по праву крови, — Дина задумалась, пытаясь представить навскидку, когда же настанут эти мифические деньки, но в голову не пришло ни одной порядочной цифры, а общая масса воспоминаний о проделках этой парочки напрочь хоронила всё то доброе и светлое, что могли посеять эти волшебники. Вот так всегда — стоит только попытаться замолвить за кого-то доброе слово, как со всей дури врежешься башкой в запертые ворота. Мальчишка шумно выдохнул и тоскливо взглянул на своего собеседника, — вообще, некоторые люди платят за такое представление немалые деньги, а когда бесплатно, тогда и потерпеть можно. Это мне, кстати, один из ваших рыжих из пробирки сказал. Ну или тебе. Не важно
Девушка отмахнулась и чуть не подпрыгнула, ощутив как весомо может упасть на стол юношеская рука - аж стаканы подпрыгнули. Странно, но раньше она не замечала большой физической силы за Томасом, однако раньше она вообще не особо-то и смотрела в его сторону. Ну парень и парень, не хуже прочих других рубиновых. В квиддич недурно играет, есть о чем про погоду спросить, так сказать, но с этой стороны она своего недо-тезку как-то не рассматривала от того сейчас и подвисла, на добрую пару минут сжимая и разжимая ладонь да следя как при этом выпирают вены на руках — зрелище оказалось симпатичным и сожрало половину всего того, что дальше говорил парень её голосом. Вернули ведьму в реальность сразу несколько вещей. Во-первых в темную головушку пришла мысль, что не только девушка может проявить интерес к неожиданно открывшимся тонкостям анатомии, а думать о том, с каким интересом сам Томас стал бы разглядывать её запястья вообще не хотелось, потому пришлось резко бросить миг самолюбования. Во-вторых этот самый Томас потянулся за пивом, чего вообще не следовало бы делать, пока он щеголял в тушке Веллингтон. Что могут подумать случайные свидетели их попойки? Хотя ясно же было, что ничего хорошего им в голову не пришло бы. И только Дина хотела одернуть товарища по несчастью, излив на него тираду о том, что Веллингон позволяет себе пинту-другую лишь в определенных заведениях, в число которых хогсмидовские разливайки не входили, как гриффиндорец ошарашил её любопытнейшими известиями о их странных привычках.
Нет-нет-нет, — протянула она вытянувшись тетивой за секунду до выстрела. В чужих глазах читался непередаваемый ужас. Дина ухватилась за стол, в надежде, что мальчишка пошутил, но в родном лице не читалось и тени, способной продлить жизнь призрачной надежды и та позорнейшим образом сдохла, как и не к столу упомянутая кошка ЗаблоНоттов, — Дин, пожалуйста, пожалуйста нет. Не знаю, столкнулся ли ты с этой особенностью, но в отличии от вашей Лаванды и Парвати я действительно вижу и прошлое и будущее и это ничерта не смешно,я же не выдержу, я же их с галстуками съем!
Голос дрожал даже несмотря на то, что слизеринка сошла на шепот, только и это не помогло - Томас оставался непреклонным. Девушка сникла, горбя плечи и медленно сползая по лавке пока волевой подбородок не опустился на стол, символизировав последний гвоздь на крышке их общего гроба. Сам гриффиндорец тоже не был в восторге от того, что его ждало, хоть ведьма так и не смогла понять, на чью ярмарку тщеславия была приглашена. Его паника оказалась недурной поддержкой — кто бы что ни говорил, а тонуть с кем-то за компанию было куда приятнее, чем в полном одиночестве.
Сейчас я пойду и возьму пару бутылок навынос для общей храбрости. Пойдем к озеру и будем храбриться. Ну или найдем подходящий овраг, чтобы по-удачнее свернуть ногу, руку или там... Ну шею. Кружок спиритизма с Браун, ну зашибись! А можно она сама заболеет?
Разумеется это было глупо, но почему бы собственно и нет? Могла же она себе позволить, потеряв родное тело, найти наивную надежду, которая имела возможность сбыться? Дина медленно встала, попутно опустошив несчастный бокал вина и пошарила по карманам, прежде чем нашла пару заветных кругляшек. Купить две бутылочки на вынос оказалось не таким уж и сложным занятием — оказывается, Томасу тут доверяли и даже предлагали скидку, что не без удовольствия отметила для себя Веллингтон. Когда всё это закончиться нужно будет стребовать с мальчишки заслуженный блат. Расплатившись и сунув бумажный пакет подмышку она кивнула товарищу на выход и обреченно пошлепала следом.
Алкоголь расслаблял и дарил некоторую приятную ватность ногах: через парочку своротов девушка даже набралась храбрости и ухватила Дина под руку, когда свидетелей фактически не оставалось. Со стороны это конечно же смотрелось забавно, однако, смотреть тут было не кому, разве что чрезмерно любопытным белкам или какая там еще живность колобродила нынче по лесу? Девушка оступилась, чуть было не утянув Томаса за собой в сугроб, однако смогла-таки устоять на ногах, в последний момент удержав равновесие.
Наргловы подштанцы, — буркнула она, вытряхивая снег из ботинка, хотя больше это походило на эпилептический припадок, — тяжелая эта работа быть мальчишкой. Только не смей этого мне припоминать потом. Томас, мы не заблудились часом? Ты умеешь ориентироваться в лесу?

+1



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC