Hogwarts: Ultima Ratio

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Сюжетные эпизоды » q.o. Lights of cold Samhain


q.o. Lights of cold Samhain

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

ОГНИ ХОЛОДНОГО САМАЙНА
LIGHTS OF COLD SAMHAIN

Прошу простить за поздний час, но раньше я не смог.
И даже здесь я, в сущности, недолго - видит Бог.

http://s7.uploads.ru/1ZBFN.gif
- название квеста:
q.o. Lights of cold Samhain
- серия:
- празднично-сюрпризная
- ссылка на организационную тему:
lights of cold Samhain
- дата:
ночь Самайна : 31 октября — 1 ноября 1997-ого
- место:
Хогвартс
- участники (очередь написания постов см. орг.тему и левый баннер):
- Erica Gayle;
- Seamus Finnigan в исполнении Harry Potter;
- Blaise Zabini;
- Dean Thomas;
- Romilda Vane в исполнении Alice Malfoy de Fantin;
- Gerda Wayne;
- Theodore Nott;
- Millicent Bulstrode в исполнении Solange Zabini;
- Anica Avedille;
- Melissa Moon
-краткое описание:

Один из самых любимых осенних праздников каждого молодого волшебника это первое сентября. Нет, конечно же нет, о чем это мы? Разумеется, Хэллоуин, несомненно Хэллоуин один из любимейших школьных праздников. Да что там, некоторые взрослые тоже грешат любовью к этому дню. Только представьте: запеченные тыквы, имбирное печенье, горы сладостей, миллиарды свечей. День, когда можно прикинуться кем-то другим, совершенно тебе не свойственным и выторговать у соседки мисс Лилит дюжину вкуснейших лакричных тянучек. А какой волшебный праздник устраивают в Хогвартсе? Одно загляденье! Только не стоит все-таки забывать, откуда у пиршества ноги растут. Особенно когда в школе творится наргл пойми что.
Группка отважных студентов-старшекурсников, решившая, что за свою долгую жизнь в школе и в мире повидала достаточно страхов, после отбоя отправляется в совятню, где решает устроить Самую Длинную Ночь Сказок. До первых петухов они обязуются приложить все свои усилия для того, чтобы напугать однокашников, чтобы заставить их бежать обратно так, чтобы только пятки сверкали. В ход идет всё: истории, спиритические сеансы - на кону персональная репутация и честь факультета, а это вам не шутки. Змеи, например, даже сколотили специальный отряд, цель которого довести атмосферу до зенита накала, чтоб хоть сталь ковать. Но неужели они забыли о том, чем знаменит Самайн?
Завеса между мирами тонка, как никогда раньше. Чу! Слышите? Девочка-девочка, гробик на колесиках уже выехал на твою улицу. Осторожно, Джордан, не подавись лакрицей - ночь в самом разгаре.


- присутствие гейм-мастера:
наблюдает за вами
- очередность:
см. организационную тему и левый вымпел
-примечания:
Читайте - новости от администрации

0

2

Сумерки — трещина между мирами...

Если вы считаете, что Хогвартс днём ни капельки не отличается от того замка, что открывается тем, кто решился на своё путешествие по коридорам ночью, то даже не пытайтесь врать, что вы хоть однажды покидали пределы своей комнаты, когда за окнами начинают сгущаться сумерки. Хогвартс ночью - это не просто сплетение коридоров, лестниц и комнат, это существо, чьи лапы тянутся за вами, когда вы пытаетесь тенью проскользнуть мимо дежурящих учителей, существо, чьи глаза неустанно следят за каждым вашим шагом и ждут, когда вы, наконец, оступитесь. И будьте уверены, Хогвартс умеет смеяться над слишком самонадеянными учениками, что решили нарушить правила.
И какой черт угораздил Анику выбраться из постели этой ночью? Нет, у этого черта, конечно же, было имя. Его носил один из хороших друзей девушки, умеющий улыбаться так солнечно и тепло, что вопросы "Зачем?" и "Почему я?" терялись на задворках сознания. Аника уже трижды прокляла Блейза за то, что согласилась на эту авантюру. После она обязательно сделает это ещё пару раз, но пока у неё получилось благополучно добраться до совятни, а значит, казнь Забини откладывалась.
Аника оглядела небольшое помещение и тихонько вздохнула. Нет, ей стоило проклясть Блейза ещё пару раз прежде, чем она отправилась сюда. А отступать было поздно, да и некуда, следом за ней щебечущей стайкой в помещение ворвались несколько гриффиндорок, и на этот шум обернулась добрая половина уже присутствующего народа. Аника села у стены и прислонилась спиной к холодному камню, где-то на верхних этажах совятни недовольно хлопали крыльями потревоженные совы, а с огнём расставленных тут и там свечей игрался легкий ветерок.
Подходящая атмосферка, ничего не скажешь.
Полночь грозилась настать с минуты на минуту, но, кажется, начинать вечер никто не торопился. Аника заметила, что многие из сидящих поглядывают на своих соседей, словно пытаются заставить друг друга начать этот вечер. Но, то ли все здесь были слишком стеснительны, либо не знали, когда стоит начинать. Оставалось взять инициативу в свои руки и показать окружающим, что страх оказаться посмешищем в чужих глазах - ничто по сравнению с тем, что предстоит им услышать и почувствовать в эту ночь.
Ночь Самайна - ночь масок и истинных личин. Ночь Самайна - тайна за семью печатями и открытая книга. А для Аники не было ничего интереснее, чем эмоции всех этих людей, вся их подноготная, состоящая из страхов, стремлений и мечт, разбивающихся о скалы реальности.
Аника улыбнулась сидящему рядом младшекурснику и удовлетворенно хмыкнула, когда от этой её "улыбки" парнишку шарахнуло в сторону. Да, именно сегодня она могла быть собой и не собой одновременно. Именно сегодня ей было позволено стать центром маленькой вселенной, о которой она и собиралась поведать сидящим в совятне.
- На берегу стеклянного озера в старом доме жил человек. Никто не мог сказать, сколько ему лет. Одни видели его двенадцатилетним мальчуганом, бегающим по полю с сачком, другие хвастались тем, что встретили мужчину с охотничьим ружьем, третьи клялись, что у дома в кресле-качалке точно сидела старец, готовый отдать богу душу. Но все знали одно - этот человек был хранителем озера и никому не позволял приблизиться к нему ближе, чем на сотню шагов. - вовремя налетевший ветер затушил несколько свечей и затих, позволяя окружающим услышать чуть хриплый тихий шепот, в котором почти не угадывался тонкий девичий голос. Аника не собиралась представляться, здороваться или как-то привлекать к себе внимание. У ночи Самайна не было начала и не было конца, не было имен и лиц, лишь холодный тихий голос. И к этому голосу обязательно прислушаются и потянутся все, обрывая свои реплики на середине слова. - Многие пытались обмануть его, но те, кому удавалось подобраться хоть на миллиметр ближе обозначенной зоны, позже бежали без оглядки и божились, что больше ни за какие сокровища мира не сунутся к тому озеру. Шли года, слухи об озере превращались в легенды и расходились на многие мили вокруг. Каждый считал своим долгом дополнить рассказ своими идеями и мыслями, пусть даже никогда и не бывал там. - Аника на мгновение остановилась, оглядывая окружающих. Расчеты были верны, все вокруг смотрели на неё насторожено, но всё же с интересом. Одни рассматривали её с видом лаборантов, нашедших никому не известное существо, другие жаждали продолжения неловко сложенных в единое целое предложений, но разговоры были прекращены. - Мир рос и ширился, а берега озера давно поросли камышом, но никакое спокойствие и тишина не вечны. Хранитель почувствовал путника много раньше, чем тот добрался до границы его владений, но, то ли ему стало слишком скучно, то ли за давностью лет хранитель устал отгонять каждого непрошеного гостя, он позволил тому шагнуть за невидимую линию.
Аника мысленно поблагодарила сов, так вовремя всполошившихся на своих местах, и улыбнулась, видя, как младшекурсники прижались как можно ближе друг к другу. На самом деле от такой долгой тирады у неё пересохло горло, а внимательные взгляды жгли ничуть не меньше раскаленного железа, но её обязанностью было закончить историю. И только Аника хотела продолжить свой рассказ, как услышала чужой, несколько писклявый, да и слишком громкий для подобных историй голос, разбивший окружавшую их тишину на миллион осколков. Теперь уже бессмысленно было пытаться выстроить нужную атмосферу, проще дождаться пока помешавшая ей юная гриффиндорка допустит оплошность и запнется в своей истории. У них целая ночь впереди, она ещё сумеет отомстить за эту наглость.

Отредактировано Anica Campbell (11.11.2015 12:59:36)

+7

3

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/354-woyqGolmnZ.png[/avatar]
RAMILDA VANE
Беседуют два вампира:
- Коллега, как вам нравится вон та длинноногая блондинка?
- Мне больше нравится толстяк, что рядом с ней. В нем крови литра на полтора больше.

- Однако, озера за ней не было, - наглая гриффиндорка выглядела так, словно всё это мероприятие, как и сама святая ночь, были придуманны только из-за неё, для неё и во имя...Впрочем кого, вы уже сами понимаете, не правда ли? Острый овал бледного лица-сердечка нижним светом освещал тусклый огонёк lumos-а на кончике волшебной палочки, приставленной к ключицам и для некоторых эта "светомузыка" в тандеме с громким голосом возымела нужный эффект - по совятне прокатился чей-то сдавленный ох и одна рейвенкловка с младшего курса схватилась за сердце, такой уж впечатлительной она оказалась. Девушка торжественно вскинула тонкую бровь вверх, заметив, что внимание стремительно перешло от тихой слизеринки к её славной персоне и довольно хмыкнула. Такова уж была Ромильда Уэйн, пожалуй самая амбициозная из всех красно-желтых студентов за всю историю Хогвартса: она хотела чтобы её слушали и перехватила поводья у тихони, сумевшей собрать слушателей и ей нравилось, быть в пятне этого внимания. Госпожа Уэйн расправила плечи и глаза её засияли коньячным, масляным светом и теперь, когда её слушали, гриффиндорка позволила себе понизить голос, наперекор "бесцветной" Анике сопровождая свой рассказ активной драматичной артикуляцией, умудрившись при этом не разу не перегнуть палку.
- Белоснежная пустыня, залитая отсеревшим молоком, растрескавшийся холст некогда живого портрета - вот что ждало этого безумца по ту сторону тумана, - она нарочито вновь прервалась, опуская палочку на пол и уходя в тень, а заодно и потянулась к деревянному кубку с тыквенным соком- ради сегодняшней пирушки кое-кто из хафлпафцев проявил совершенно не свойственное им бесстрашие, утащив с кухни-кое чего из съестного, за что не одна Рамильда была им признательна. Масляные лампы покачивались на ветру, скрежеча цепями, которому даже крепкие стены совятни были не по чему. Девушка поежилась и только было припала губами к кромке кубка, как вспомнила, о чем говорила и продолжила, аппатично пожимая плечами и переводя взгляд на сидевшую рядом рыжую девчушку, - не было ничего, напоминавшего легендарное озеро и глупец даже подумал, что ошибся местом, но тут над мертвой долиной раздался  скрежечущий голос старца - противнее лязга цепей, - зрачки гриффиндорки расширились и она резко выставила перед собой бледную ручонку с аккуратным винным маникюром и так же резко собрала её в кулак - чуть не расплескав сок из куба, который всё еще держала в левой руке.
- Как смеешь ты - раскатом грома разносился голос старца - как смеешь ты тревожит священные воды хрустального озера? Разве не знаешь, что за это можно лишиться...ГОЛОВЫ
Кого-то бросило в дрожь, громко хлопнул о каменную кладку ставень и с крыши снежной крошкой на головы учеников осыпалось немного пыли и пакли. Рамильда остановила полный ужаса взгляд на Томасе и продолжила, сдавленным голосом. Такие спец-эффекты в её рассказ не входили, но не даром она былв гриффиндоркой - их не испугать такой чепухой! И сдавленный голос продолжил повествование, - но глупец его не слушал - он пал на колени и стал руками рыть землю, желая добраться до хрустальных вод. А старец видел это и смеялся, да так жутко, что мертвые задрожали, потеряв покой в своих чертогах и стали карабкаться вверх, к серой луне, а глупец лишь прибавил остервенелости, ломая ногти и стирая пальцы в кровь, пока над горизонтом стало подниматься зеленое солнце мертвых. Костлявые руки хватали его за запястья, - девушка схватила сидящего по правую руку "счастливчика" за локоть, даже не наградив его взглядом. Кто-то впечатлительный вскрикнул, спешно прикрывая рот ладонью, кто-то из змеёнышей хмыкнул. Мисс Уэйн резко расслабилась, многозначительно сверкнув глазами.
- Но он успел докопать до воды, ради которой явился к хрустальному озеру.
Разумеется она не знала истории, которую начала Аника - просто так совпало. Она ждала нужного момента, который можно будет использовать в роли спонджифая и набрать высоту - ждать пришлось не долго. Рамильда прислонилась спиной к деревянной балке, прикрывая глаза и вновь поднося кубок к губам. Гриффиндорка пожала плечами, вновь повеля бровью и абсолютно холодно продолжила, играя уже на собственных контрастах.
- Эта вода могла подарить ему бессмертие и силу, равной которой еще не было на земле. Нужно было всего-лишь сделать глоток, но как только желанная влага коснулась его ссохшихся губ, глупец понял...
что рот его зашит - должна была закончит она, отпив немного сока. Но что-то пошло не так - студентка вскочила и её по-истине львиная шевелюра кляксой взмыла в воздухе. Уэйн "плящущей" бросила кубок в середину круга и на освещенный клочок нахальнейшим образом брызнуло тягучее бордовое пятно.
- КРОВЬ! ЭТО КРОВЬ! - завопила Рамильда, судорожно пытаясь вытереть соленное железо с губ, но вместо того лишь сильнее размазывала вязкую венозную жижу.

+7

4

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/381-3JkKs2oByF.png[/avatar]В наведении страха на младшекурсников Милисента была если не специалистом, то по крайней мере бакалавром, потому как и вербальными (“Чего громкий такой, хочешь, чтоб опять ребра болели?”) и невербальными (натягивание подштанников на уши, десяток разновидностей щелбанов и пенделей) способами внушения ужаса владела неплохо. Хэллоуин, однако, подразумевал под собой некий иной вид страха, более иррациональный и не связанный с беспокойством за целость собственных ребер (или подштанников). Тем не менее, праздник этот Булстроуд любила, во-первых, благодаря внушительному мешочку конфет, который ей каждый год присылали маменька с папенькой (бедная сова Альфред, которой приходилось переть на своем горбу этот тяжкий, но сладкий крест, после доставки минимум неделю приходила в себя), во-вторых, благодаря своему увлечению дешевыми, бредовыми и жуткими страшилками, напечатанными на плохой бумаге, продававшимися за пару кнатов в книжных, как правило, на входе, и которые всегда подавали одну идею улетнее другой для костюма. Не мог не радовать шанс прошествовать по школе в образе древней мумии, макаронного монстра или Ктулху, вызывая тем самым визги ужаса, (Милисента искренне считала страх верным признаком уважения, так что не гнушалась самыми разными способами, чтобы его добиться).
Но и это еще не все причины тому, что в ночь Самэйна Булстроуд, размалевав лицо под мексиканскую Катрину и воткнув в волосы два огромных цветка, кралась в совятню, где группка школьников намеревалась всю ночь напролет пугать друг друга до первого инфаркта. Третья веская причина обладала самыми роскошными бровями на территории Шотландии, самомнением высотой с Вавилонскую башню и слабостью к конфетам, а так же именем, похожим на “тореодор”.  Первое Милисенту приводило в экстаз, второе внушало благоговение, в третьем она его полностью поддерживала, а четвертым исчертила все обратные стороны своих конспектов. Чернил на лекции не хватало - все они уходили на обрисовывание сердечек вокруг впечатанного золотыми буквами в сердце Милисенты имени - Теодор Алистер Нотт. Только услышав от местной сплетницы, что предмет ее грез непременно будет в совятне этой ночью, Булстроуд побежала в теплицы выбирать цветы для костюма покрупнее. Помня о пристрастии своего прекрасного принца к моде, она решила в этот день пренебречь обычным для нее прикидом канадского лесоруба и разукрасила чудовищно кислотных оттенков лентами черное платье, разрисовала его в лучших мексиканских традициях цветами и повязала плетеный пояс на талию, чтобы стало совсем красиво. А еще зажала в углу подающую надежды художницу с третьего курса и обещала оставить все ее зубы целыми, если она изобразит на лице Милисенты красивенький череп с лепестками в стиле мексиканской госпожи Смерти. В общем, мисс Булстроуд очень тщательно подготовилась к якобы случайной встрече с героем ее мечтаний и видом своим могла сражать наповал с расстояния десятка метров.
Как известно, леди задерживаются, а не опаздывают, а этим вечером Милисента решила, что она леди, так что к моменту появления Булстроуд в совятне Аника была уже примерно на середине рассказа про хранителя  озера. Шикнув на одного второкурсника и отпихнув второго, Милисента уселась поодаль, чтобы было поле для обзора - нужно же было еще найти Теодора и убедиться, что он оценил ее наряд! Потенциальная опасность влезть в совиный помет было единственным, что беспокоило Булстроуд (и кто только выбирал место для сбора?). Но от внезапного возгласа Уэйн Булстроуд все-таки вздрогнула и насупилась - перебивать вообще нехорошо, а перебивать слизеринку гриффиндорке и вовсе непростительно. Она уже возмущенно прочистила горло и сжала кулак, чтобы восстановить дисциплину, но история ее так увлекла, что Милисента-таки ее дослушала, припоминая, читала ли она подобное истории в недавних выпусках «Ужасов за кнат». Память ничего знакомого не выдавала. Когда же Уэйн хлебнула из кубка и в приступе ужаса заявила, что это кровь, девушка лишь недоверчиво хмыкнула и оценивающе глянула на кровавое пятно, расплывающееся по полу.
- Ой, как неожиданно и страшно, - пробасила Милисента с видом типичного Станиславского. – Слушайте сюда, у меня есть история, от которой вам понадобится по свежему памперсу. Давным-давно, триста лет назад, в этом самом замке и на этом самом месте погибла одна девушка - выбросилась из окна от несчастной любви, - сделав скорбное лицо, Булстроуд поджала губы и помолчала пару секунд. - Чтобы избежать скандала, тогдашний директор приказал сообщить родителям о том, что девица сбежала, а тело ее, чтобы никто не нашел, замуровать в стене замка, - последние слова она произнесла глухо и зловеще, исподлобья взглянув на кучку младшекурсников, сидящих прямо напротив нее. - И, говорят, с тех самых пор тем, кто ночью окажется в коридорах замка, слышится, как кто-то скребется за стеной. Еле слышно, словно мышь… И плачет, моля выпустить, - вкрадчиво продолжила Булстроуд, ногтями при этом царапая каменный пол. - А тот, кто слышал этот плач, наутро просыпается седым, как лунь... 

Отредактировано Solange Zabini (13.11.2015 22:18:44)

+7

5

И действительно, в тон словам Милисенты что-то заскрипело и зацарапалось в стене, но если эти звуки при желании можно было не замечать, то проигнорировать последовавший за ними грохот оказалось куда сложнее. Звучало это так, будто мертвецу наконец удалось выбраться из каменной тюрьмы. И вот тёмная, покрытая пылью фигура вваливается в совятню и бешено озирается по сторонам, как бы выбирая жертву для последующих злодеяний…
Постойте, но это же Нотт.
На нём – чёрный бархатный камзол и пышное, старой моды, кружево; в ткани виднеется брошь-череп, а на ногах – узконосые, по-султански загнутые туфли. Словом, Теодор пришёл без костюма. Тогда как другие на Хэллоуин принаряжались, Тео просто доставал свою обычную одежду.
Впрочем, он был непривычно бледным и седым – сказать, что Теодор напоминал призрак в человеческом облике, было бы несправедливо по отношению ко всем призракам. Что случилось с его волосами? Чердачная пыль? Преждевременное старение? Неудачный выбор краски? Кто знает.
Ого, и что это тут у нас? – протянул он голосом, не предвещающим ничего хорошего. – Вы только посмотрите – цвет и надежда Хогвартса собрались сказки порассказывать. Как ми-и-и-ило.
Выражение его лица свидетельствовало об обратном. Он подошёл к кровавому пятну на полу, потрогал его пальцем, который затем поднёс к лицу, чтобы лучше рассмотреть и разнюхать.
Может быть, ещё духов вызовете? Уверен, им больше нечем заняться в такую ночь, кроме как быть на побегушках у школьников.
Не стоит злить духов, особенно сегодня, – прозвучал чей-то неуверенный голос.
Нотт скорчил испуганную физиономию. Как чистокровный англосакс, он был взращён в традиции презрения ко всему кельтскому.
Точно! Они придут в совятню и отомстят мне. Станут стучать по стенам, завывать под потолком, позвякивать … чем-нибудь. Очень страшно. Зато, когда я покончу с собой от тоски, у вас будет замечательная история для Хэллоуина. Баллада о Теодоре Невозмутимом. А вообще, всё это глупости, и вы все – глупые, что верите в них. Духи Самайна – пф… Вот что я вам скажу: если действительно сегодня хоть один дух объявится в нашем мире, пусть приходит лично ко мне, Теодору Нотту – я покажу ему, где гриндилоу зимуют, и отправлю назад с такой скоростью, что у этого духа дух захватит.
Тео засмеялся над собственным каламбуром, но его мерзкое хихиканье вдруг перешло в кашель, а кашель – в хрип. Он ещё сильнее побледнел, будто задавая новый стандарты бледности, схватился руками за горло и обвёл присутствующих полным ужаса взглядом, двигая губами в попытке что-то им сказать. Но изо рта у него вырывались лишь нечленораздельные звуки. Тео рухнул на пол, продолжая держаться за горло, будто пытался снять с себя невидимые, душащие его руки. Он бил ногами по полу, хрипел и катался; на губах выступила кровавая пена, а с камзола сорвались пуговицы и покатились по углам, чтоб спустя десятилетия быть найденными какими-нибудь младшекурсниками. Верхняя одежда распахнулась, и стало видно, как на белоснежной рубашке медленно проступают десятки кровавых пятен – следы порезов, нанесённых одновременно невидимой рукой.
Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Теодор распластался на полу совятни, глаза его закатились так, что стало видно одни лишь белки. А потом он затих, закрыл глаза и остался лежать неподвижно, не беспокоя окружающих больше ни насмешками, ни издевательствами, ни даже дыханием.

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/43-kxLe07EP74.png[/avatar]

+6

6

Едва Теодор испустил последний хрип, со стороны замка послышался вопль недокормленного соплохвоста, пронзительный настолько, что даже у Гремучей ивы от жалости сжалось дупло. Вопль этот принадлежал Забини, со скоростью Форреста МакГампа пересекающему хогвартские луга и огороды в стремлении предостеречь самайнское собрание от непоправимого. Ноги его были босы, на плечах болталась джеллаба, а за спиной прятался бубен. В голове Забини жонглировал ножами дон Ореллано, а в глазах плясали Теодоры. В таком взъерошенном виде он и вломился в совятню, подергивая ушами от волнения.
Времени на то, чтобы приглядываться к присутствующим, у него не было, так что он попросту вцепился в первого попавшегося студента и затряс его, как пиньяту.
— Отчимы, мои отчимы придут за тобой! Первый вольет в тебя столько вина, что ты лопнешь, словно виноградная грелка! Второй завернет в ковер-самолет и замурует в стенах дворца! Третий напустит на тебя сорок слонов, четвертый исполосует грудь, пятый сделает из тебя солонину, а шестой отрежет голову и подвесит ее над камином!
Блейз притих, мазнул рукой по лицу и повернулся к толпе с такой гримасой, от которой у чувствительного человека запросто могло случиться несварение.
В следующую минуту он вывалили на них ушат итальянской тарабарщины, два раза изобразил гильотину, один раз — дыбу, каждому провел ребром ладони по шее, семнадцать раз выпучил глаза, пятнадцать — помянул Мадонну, а завершил речь твердым английским "Нам конец!", после чего комната погрузилась в молчание, и лишь шумное дыхание тревоги прерывало тишину... или это была отдышка.
— Они уже идут сюда, — повторил Забини и тут же, подскользнувшись голой пяткой в луже, упал на пол. На полу обнаружилось красное пятно. Как следует извозившись в нем охровой джеллабой, Блейз принюхался и угрюмо возвестил, — Они уже тут.
Казалось бы, сейчас было самое время, чтобы подняться с колен и встать на защиту крепости, но Блейз с этим не спешил, потому что среди чужих ног, ножек и ножищ разглядел что-то такое, от чего его прежде загораживали спины и девичьи прелести, — он разглядел Теодора Нотта. Теодор Нотт был непривычно тих, можно даже сказать покоен, и лежал в месте, для отдыха аристократических особ не предназначенном, а для отдыха того, кто спал на трех перинах и мог почувствовать задом подложенную ему в кровать бертиботтс и таким же образом определить ее вкус, — тем более.
Подобравшись к Теодору, Забини сел около него на колени. Неподалеку обнаружились и другие люди, претендующие на молодое и бледное тело Нотта, но Блейз мужественно от них отбился. Подтянув растрепанную голову молчаливого приятеля на руки, он посерел от горя и зарыдал так громко и безутешно, как не рыдал, даже когда младшекурсники отжали у него фруктовый лед.
— Бедный Нотт! — всхлипнул Забини, — Негодяй бесконечной коварности, неистощимый на пакости! Где теперь твои подлости, твои гадкие выходки и взрывы заразительного злодейства?
Заинтригованный пятнами на рубашке Теодора, Забини оттянул ее ворот.
— Дон Ореллано заколол его! Я знал! Он сам пал от ножа враждебного клана и теперь так будет с каждым. Дон Ореллано был индейцем, он презирает англичан! Вы умрете все, разве что за исключением шотланцев.
В заключение этого зловещего предвещания в распахнутые ставни совятни влетел нож, через мгновение вонзившийся в стену напротив на пару с локоном Ромильды. Впрочем, Забини это не заинтересовало: он продолжил оплакивать Теодора.

Отредактировано Blaise Zabini (16.11.2015 01:35:53)

+7

7

История умалчивает, кому именно показалось, что Герда в последнее время слишком много на себя накручивает, слишком часто расстраивается и стала какой-то нелюдимой, как умалчивают авторы третьесортной литературы, какой мотив был у секретаря убивать верховного судью Визенгамота. Но чего история не умалчивает так это того, что верным, добрым, сильный и замечательным друзьям, бравым гриффиндорцам, показалось, что отвести подругу ночью в совятню, где будут рассказывать страшные истории до утра, было великолепной идеей, и что это обязательно поднимет девочке настроение. Как истинный убийца всяческого веселья, этой ночью Уэйн... легла спать, заткнув уши ватой, потому как шум от праздненства в гостиной гриффиндора перекрывал даже собственные мысли, чего уж говорить о возможности спокойно поспать. Но, как выяснилось, спокойно поспать все равно не получилось бы. Хотя бы потому, что стоило стрелкам часов приблизиться к полуночи, как в спальню ворвались однокурсницы и сказали, что ей подготовен сюрприз.

Конечно же, сюрприз до завтрашнего утра не ждал. Он вообще не ждал и минуты, потому что заспанной Герде не позволили даже переодеться. Как она была в очаровательной голубой пижамке, так и осталась, кутаясь в плед и влезая в мягкие тапчки с бантиками. И как она была в очаровательной пижамке, теплом пледике и мягких тапочках, так и оказалась в совятне, битком набитой школьниками как Хогвартс-Экспресс первого сентября.
- Так подождите, вы меня разбудили для того, чтобы я послушала страшилки? - Прошипела Уэйн на сокурсников, которые исчезли словно бы по мановению палочки, затерявшись где-то в потемневших углах. Что за глупости? Она-то думала, что пропускает что-то действительно важное, что кому-то нужна ее помощь, а тут кто-то рассказывает несуразные стращные истории.

Нельзя сказать, однако, что Герда этих историй не любила. Она их читала и перечитывала, чуть ли не заучивая наизусть, однако же еще со второго курса Уэйн зареклась на подобные мероприятия больше не ходить. Почему?
- Мамочки, кровь! - Потому что она верила всему, что ей говорили. Распластав свои руки и плед, как огромная летучая мышь раскрывает свои крылья, Герда отскочила от красного пятна в центре круга с такой скоростью, будто бы туда вбросили ядовитую кобру. Вздрогнув и от ухания совы (а что, казалось бы, может быть более посредственным звуком в совятне?), и от шорохов за стеной, и от странных разрисованных лиц, и от зловещих перешептываний за спиной, она поняла, что слово "отвратительное" недостаточно емкое для того, чтобы описать чувство юмора ее товарищей. Ей даже не нужно был слышать плач замурованной в стене девушки для того, чтобы на следующее утро проснуться седой. Ей хватило стакана с кровью, в который, судя по всему, никто кроме нее и не поверил.

"Нет, все, я ухожу отсюда." Решительно тряхнув головой и поправив растрепанные ото сна волосы, Герда направилась к двери, и ничего ее не могло остановить. Кроме, конечно, же, влетевшег через ту самую дверь Нотта. Нотт, в общем-то, если бы встретил в поле несущегося ему навстречу коня, мог бы развернуть его на все сто восемьдесят одним лишь своим видом.Чуть было не зарядив Герде дверью по голове, Теодор влетел в помещение ужасом на крыльях ночи, соизмеримым только со шпинатом, застрявшим в зубах на первом свидании. Произнеся какую-то тираду, в которой, к удивлению самой девушки, Уэйн была готова подписаться под каждым словом, он захрипел и упал, театрально брыкаясь ногами подобно жуку, которого детишки перевернули на хитиновую спинку. Уэйн казалось, что сейчас, вот в эту самую минуту, всего от каких-то получаса пребывания в этом безумии, у нее прихватит сердце.

- Да что это за детский сад? - Разраженно вскрикнула она, смотря на Забини, театрально распластавшимся над телом старинного друга. - Тоже мне, нашли над чем смеяться! - Если представителям факультетов, что здесь сегодня собрались, могло от этого действительно быть весело, то несчастная Уэйн, сперва посчитавшая, что приступ Нотта был самым настоящим, поняла только через как минимум полминуты, что здесь все пытались только испугать, и что может быть страшнее, чем умирающий Нотт? Он и живой-то был хуже войны с горными троллями, а тут он еще и трагически полил себя томатным соком под белой рубашкой. Завывания Забини, впрочем, тоже не скрашивали. Развернувшись на проседающих каблуках своих тапочек, Герда готова была покинуть это безумие через дверь. Дверь, который перед ней больше не было. Серьезно, Уэйн осмотела всю стену, терпеливо трогая кирпичики похолодевшими пальцами. Двери там быльше не было.

- Значит так, чья прекрасная идея была трансфигурировать дверь в остаток стены? Верните, пожалуйста, на место, потому что шутка перестает быть забавной. - По правде говоря, ей уже перестало казаться, что все происходящее вообще можно было назвать шуткой. По спене пробежал неприятный холодок, заставивший девочку, что все больше становилась похожа на летучую мышь в своём багровом пледе, сунуть ладоши поближе к телу. Странный ветерок, наполненный голосами, пронесся по комнате, заставив первокурсников содрогнуться и прижаться друг к другу как циплята прижимаются к наседке. "А у кого-нибудь в этой комнате хватило бы навыка, чтобы трансфигурировать дверь?.." Словно бы в ответ на ее вопрос, прямо через окно, которое было слишком высоко для того, чтобы закинуть в него что-то снаружи, влетел нож, вошедший словно бы масло в каменную стену в каких-то сантиметрах в голове от Ромильды. "Ну нож-то левитировать не трудно, правда? Наверное, тяжело заставить его рассекать камень, но левитировать-то можно заставить..."

+9

8

[avatar]http://s020.radikal.ru/i704/1511/3c/34b5dfd047fd.png[/avatar]

Он бы мог деловито похрапывать в уголке, изображая скуку и тоску по страшилкам, которые в былые времена, когда трава была зеленее, а по небу шлялись исключительно облака да тучи, были страшнее, и вообще сердце из груди выскакивало, но сменяющие друг друга голоса заставили Шеймуса возмущенно фыркать, когда его никто не слушал.
Действительно, ведь интереснее слушать какие-то байки об озере, которые могут напугать только за счет сверкающих глаз и холодных рук. Ну и еще с помощью каких-то стародревних спецэффектов, подлив томатного сока в кубок за неимением кетчупа и специального киношного порошка.
– Я вот знаю действительно… – уже вытянув руку вперед и настроившись на долгую историю от профессора страшных историй Шеймуса Финнигана, гриффиндорец подозрительно осмотрелся и понял, что его никто не слушает. Подозрительно. Неужели томатный сок так хорошо отвлекает внимание? Даже лучше перуанского порошка мгновенной тьмы Уизли? Или все дело в визге уважаемой Ромильды? Честно, Шеймус его испугался, так как он был очень близок к крику банши, а помирать здесь никому не хотелось. Только вот в кошмарах гриффинддорца эти дамы появлялись преимущественно со светлыми волосами, а не с темной копной как у Вейн.
Младшие только лучше по углам попрятались, чтобы не попасться на глаза Милисенте. А Шеймус отвернулся и пытался не хохотать в голос, почти развалившись на полу за спиной Герды. Просто один вид слизеринки, пытающейся напугать кого-то, заставил примерить ее внешний вид к истории. Несчастная любовь, да уж, такую любовь было бы трудно спрятать даже в толстых стенах Хогвартса, а на вой сбежались бы все оборотни Запретного леса, чтобы посмотреть, что за сумасшедшая особа (или особь?) взывает к Луне. И Луну еще называют Полоумной.
– И кому тут уже можно выдавать тряпки? – поинтересовался Шеймус после такой пугающей истории. Но грохот заглушил раздавшийся смех, или же смеха вообще не было. Зато был Нотт в своем самом прекрасном виде, по крайней мере, за все шесть лет с коротким крысиным хвостом Финниган ни разу не видел его в таком порядке. Но грохот, будучи звуком неожиданным и оглушающим, заставил храброго красно-золотого студента прижать ноги к себе, чтобы в случае чего вскочить с места. Но Теодор есть Теодор. Да и явившийся следом за ним Блейз есть Забини.
Не ломай комедию, а, – недрогнувшим и недовольным голосом заявил Шеймус, наблюдая за увещеваниями Нотта, пока тот не начал превращать всю совятню в свою персональную сцену. А эффект-то был, кровавое пятно на полу еще можно было списать на сок, а вот неожиданно проступившие на рубашке красные пятна заставили кого-то взвизгнуть, а Финнигана – округлить глаза до размеров галеонов.
– Хорош, вы уже переигрываете.
Это было то ли осторожностью, то ли усмешкой, но нервный смех все равно последовал за фразой, когда Финниган поднялся на ноги и подошел к ножу, который приколол волосы Ромильды к стене как рождественскую гирлянду. Он первый раз дернул за рукоять, пытаясь вытащить кинжал из стены, но тот даже не пошатнулся. Мда, ну и кто станет королем Камело… кхем… совятни?
Не видя того, как дверь превратилась в стену, Шеймус, продолжил вытаскивать кинжал из стены, тем самым пытаясь доказать, что это все какой-то дурацкий розыгрыш какой-то дурацкой парочки слизеринцев. А может и не парочки.
– Герда, спокойно, тот, кто это сделал, все равно с какого-то факультета, а поскольку мы тут собрали весь комплект… – Финниган не выдержал и достал волшебную палочку, швырнув что-то в кинжал. Нож вылетел из стены рукоятью в солнечное сплетение гриффиндорцу с такой силой, что он вместе с оружием откатился обратно в угол под окном. – …то своих он не бросит и все равно откроет.
Отдышавшись, гриффиндорец с любопытством покрутил кинжал в руках, пытаясь понять, как эта штука вообще сюда попала и кому она принадлежала. Странно, но какой-то идиот нарушил все правила рыцарских романов и начертал свои инициалы на рукояти. Какой-то «Ф.Л.Н.»
– Ромильда, а ты случаем не нарушала никакие клятвы? Пообещала сердце какому-то парню, а потом бросила его, а? Ты знаешь, что в эту ночь погибают все те, кто отступился от клятв и пренебрег запретами?
За всплеском мысли Финниган не заметил, что в совятне не осталось самих сов, однако шорохи, которые изначально списывались на птиц, остались.
– Тогда это первый звоночек. Одна такая красавица уже была. Сказала ждать ее в полночь в башне с часами, так бедняга пока ждал эту обманщицу, замерз насмерть и свалился вниз, разбившись на тысячу льдинок. На миллион льдинок! И кто бы мог подумать, что в ночь Самайн она захлебнется в ванной старост. Но вот что-то компанию Плаксе Миртл она не составила, видно стыдно появляться на виду полиэтиленовым пакетом такой красотке.

+7

9

Внешний вид

http://ri.pinger.pl/pgr406/56f983590011e46350e71054/559541_369872243099468_690971337_n.jpg
лицо как на этой:
http://4.bp.blogspot.com/-iEIs0bI609o/Uni1lPLpt3I/AAAAAAAAFGE/kZxRXAiU0D0/s1600/1381791_10151511357662185_241367055_n.jpg

О том, что ребята решили собраться в ночь Хэлоуина в совятне, Эрика узнала от старших курсов. Просто услышала от кого-то из слизеринцев, когда те обсуждали данный сбор. Это вызвало у Гейл улыбку, она была уверена, что слизеринцы будут не единственными, кто решит поучаствовать в этом мероприятии и оказалась права, когда обратилась к Шеймусу по этому поводу. Она узнала у парня это всё как бы невзначай, сделала в своей юной головке заметку и со спокойной душой сделала вид, что совершенно не заинтересована в данном времяпровождении. Кажется, Финниган ей не поверил, ведь о влезании Эри во всякие интересности, читай неприятности, в Хогвартсе ходили слухи. И, хоть девушка в этом году стала чуть спокойнее, потому как окружение не располагало ко всяким шуткам, но она до сих пор оставалась всё той же хитрюгой. А пропустить такую ночь как Самайн совершенно не могла.
Как только у Тедди закончились уроки, девушка мигом кинулась к себе в комнату, где скинула вещи, оделась так, чтобы подходить под антураж праздника, намалевала личико и отправилась к совятне. Как и рассчитывала Эрика, в помещении ещё никого не было, потому Гейл со спокойной душой смогла найти лестницу наверх и полезла. Ей нужно было найти какое-то место на небольшой высоте, откуда в разгар веселья можно будет спрыгнуть в самую гущу событий. Благо, на уровне где-то десяти метров от пола было много подходящих балок, на которых можно было расположиться. Теодора для начала нашла правильное место, так, чтобы ей было удобно сидеть и ждать, прислонившись к одной из стен, да ещё и спрятаться в тени можно было. Совы, конечно, по началу всполошились и начали ухать на человека, который решил нарушить их спокойствие, но быстро успокоились, а одна вообще подсела под бок, настаивая, чтобы равенкловка её погладила. В таком положении Эрика и осталась ждать всю честную кампанию. Очень скоро у неё затекли ноги и спина, но никто так и не появлялся. Девушка уже была готова покинуть насиженное место, но тут в совятню повалил народ. Они приходили по-двое или по-одному. Эри затаилась и на лице её появилась почти зловещая ухмылка.
Все расселись и тут начались всякие, мол, страшные истории. Гейл только тихо хихикала в кулачок. Один из младшекурсников поднял голову вверх и осмотрелся, будто что-то услышал. Эрика тут же замолчала и сдвинулась ещё дальше в темноту. Впрочем, беспокоится ей было почти не нужно, темнота надёжно скрывала равенкловку. Вообще, Тедди была ещё той трусихой, но вот темноты она никогда не боялась, скорее просто чего-то неожиданного, каких-то громких звуков, но никак уж не темноты. И ей казалось, что видит в темноте она даже лучше, чем днём.
Когда в совятне появились Нотт и Забини, Эрика во все глаза наблюдала за этими баламутами. Выглядели они и правда впечатляюще, а голоса их навевали некую жуть и вызывали мурашки, бегающие по спине. Тео передёрнула плечами, отгоняя впечатление, потому что знала, что Теодор и Блейз вовсе не такие. Они вообще её очень забавляли, единственные из всех слизеринцев, пожалуй. Они умели веселиться, по-настоящему.
И, когда внизу начался некий переполох, Эрика решила, что пора. Она поднялась осторожно на ноги, накидывая темный капюшон на голову. В руке у Тедди оказалась спрятанная палочка и она направила её себе на шею, волшебством изменяя голос.
- ТРЕПЕЩИТЕ, СМЕРТНЫЕ! Сегодня вы оказались не в том месте и не в то время, чтобы побеспокоить мой дух! - Изо рта Гейл вырвался грубый, хрипловатый голос. Он был настолько не похож на её собственный, что равенкловка невольно вздрогнула. Внутри Эри чувствовала, что ей хочется хохотать. Она почти не различала лиц ребят, но была уверена, что те шокированы.
Далее Теодора шёпотом применила заклинание левитации, благодаря которому могла очень осторожно спуститься с балок.
- Сегодня я отведаю вашей крови! - Опускаясь, Эри раздвинула руки в стороны и стала похожа на огромную летучую мышь, но тут что-то пошло не так и девушка начала падать где-то с пяти метров вниз. - АААААААА!!! - Заклинание изменения голоса также перестало действовать, видимо, Эрика потеряла сосредоточенность и глухой бас перешёл в высокий девичий визг. А потом Гейл упала кулем вниз и почувствовала, что упала на что-то очень мягкое и, главное, явно живое.

+4

10

Определенно, спектакля хуже, чем эта попытка стать единственным, кого будут слушать, в исполнении десятка человек с разных факультетов, мир не видывал. Да и слава богу, что и здесь зрителей было не так много. Давно перепуганные младшекурсники смотрели на старших с недоверием, ждали, когда им закричат "сюрприз" и выпустят из башни, но даже в их головы уже закрадывалась мысль о том, что все вокруг заигрались в игру "Я лучший" и совершенно забыли о границах разумного.
Разумного? Ага, как же. Эти клоуны никогда и не знали такого слова. Аника оглядывалась по сторонам в поисках человека, который смотрел бы на эту ситуацию столь же скептически, как и она сама, но глаза окружающих горели либо желанием поскорее смыться из башни, либо желанием стать центром маленькой вселенной. Последних хотелось ударить каким-нибудь простеньким заклинанием, чтобы не зарывались. Но в таком случае нужно было начинать либо с Нотта и Забини, что развернули в центре совятни сцену, либо с кудрявой пигалицы, перебившей Анику в самом начале. Последнее грозило тем, что Самайн превратится в одну из фееричных драк Слизерин против всех, потому что черта с два хоть кто-то не встанет на защиту красного факультета. А с Ноттом и Забини она обязательно разберется позже. Когда выберется из совятни.
Если... Аника подняла голову вверх, почувствовав дуновение ветра, и вгляделась в пустоту, где должны были сидеть растревоженные шумом совы. Ни одной. Ни одной птицы, живой души или звука. И это при том, что вокруг неё разыгрывались сцены одна нелепее другой. И сквозь всеобщий гул тишина, давившая сверху, казалась жуткой, потому что в какой-то миг, вглядываясь в пустоту, Аника начала видеть в ней тени и силуэты, которых просто не могло там быть.
- ТРЕПЕЩИТЕ, СМЕРТНЫЕ! Сегодня вы оказались не в том месте и не в то время, чтобы побеспокоить мой дух!
Аника сделала шаг вперед, стараясь разглядеть в пустоте верхних этажей хоть что-то. По спине толпой бегали мурашки, а крик, разорвавший вдруг наступившую тишину, заставил Анику оцепенеть.
- Эрика, пикси раздери тебя на части, ты ничего лучше не могла придумать?! - её раздражали эти банальные шутки, пятна томатного сока, трансформированные двери и крики, особенно её раздражали крики окружающих, потому что от них начинала болеть голова. Скинув в себя подругу, Аника поднялась на ноги и, отряхнувшись, огляделась.
- Вам так весело перекрикивать друг друга и нести полную ахинею? Определитесь уже, девушку у вас в стене замуровали, утопили или может дальше её скинут с этой самой башни? Хотите узнать правду, давайте сделаем это! Не знаю уж, кто из вас решил сделать вечеринку закрытой в прямом смысле слова, но раз уж так случилось, предлагаю вам веселье по вкусу. Мы можем пачками рассказывать истории о том, как кто-то кого-то убил или предал, но что, если вам расскажут историю из первых уст? Если эта самая девушка придет сюда и расскажет тайну, которой никто, никогда не слышал или не желал слышать? Вызов призрака - не самое сложное в мире заклинание. Вот только не сбежит ли половина из вас ещё до того, как заклинание сработает? Вы ведь горазды только на бессмысленные крики о проклятьях, что свалятся на нашу голову. - наконец, высказавшись, Аника посмотрела на собравшихся вокруг и вздохнула. Они достали её, взбесили так, как мало кому удавалось. Но она не должна была говорить о вызове призрака им, не должна была подавать эту идею. Потому что добрые на зов никогда не приходили, а от злых ничего хорошего ожидать не стоило. Никого из присутствующих здесь за подобное по голове не погладят.
Кто-нибудь, скажите, что вы против! Кто-нибудь! Вы ведь не совсем идиоты!

+5

11

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/381-3JkKs2oByF.png[/avatar]
То, что история ее не произвела должного ужасающего эффекта на собравшихся (разве что пара второгодок напряглись, но и это, возможно, было следствием самого присутствия Милисенты, да еще и в столь стильном гриме), Булстроуд расстроить не успело, так как произошло сразу три события: распахнулась дверь, в Совятню ворвался Теодор и у Милисенты душа ушла в пятки, чтобы потом воспарить и исполнить в ее голове последний хит Селестины Уорлок “Коварный колдун, опасный чаровник”. Булстроуд внимала пылкой речи Нотта, светясь любовью и запечатляя в памяти каждое его движение - как изящно он дергает бровями, как изысканно шевелятся его ноздри, как искрометны его саркастические замечания! Но дальше произошло нечто столь страшное, что Булстроуд на секунду обомлела, не желая верить в события, разворачивающиеся у нее перед глазами - Теодор пал, исполсованный невидимой рукой, истекающий кровью, прямо как несчастное сердечко Милисенты. Даже фееричное появление Забини не получило от Булстроуд должного внимания - тот кидался кинжалами, запугивал всех мертвыми отчимами, и выглядел весьма устрашающе, но какое бедной слизеринке до этого было дело, когда в душе ее заглохла Селестина и завыло что-то в стиле Тома Йорка! С воем раненого кашалота, расталкивая всех, кто имел несчастье попасться у нее на пути, Милисента бросилась к лежащей на каменном полу жертве Самэйна.
- Прочь, все прочь, и ты со своими отчимами и ножами! - отпихнула Милисента Блейза и бросилась на грудь к распластавшемуся навзничь Теодору, обильно орошая его винтажную сорочку черно-белыми слезами - грим нещадно растекся, и вид Булстроуд приобрела еще более устрашающий, а в совокупности со вселенской скорбью Милисента и сама сейчас походила на какой-нибудь древний дух или, по крайней мере, его наскальное изображение. Казалось, остальные присутствующие отнеслись к произошедшей трагедии с вопиющим безразличием и черствостью, что лишь разжигало гнев слизеринки, от скорби ее отвлекла лишь одержимая Гейл, голосом пропитого лесника сообщившая, что всем собравшимся грозит безжалостная и неминуемая, после чего грациозно плюхнулась прямо на Анику. Боль утраты Милисенты трансформировалась в ярость, и ярость эта была готова настигнуть всех, и живых, и мертвых, всех, кто находился в зоне доступа, всех, кто оказался в этой комнате без окон, без дверей. Поднявшись на ноги, вымазанная в собственном гриме и крови Нотта, Милисента достала палочку.
- Призрака вызывать? - не предвещающим ничего хорошего тоном повторила за Кэмпбелл слизеринка. - Развлечься, значит, захотели, не успел один из нас остыть? - то, что Нотт вообще-то и не собирался остывать, да и выглядела его трагическая гибель дурацким розыгрышем, Милисента не видела, не замечала и не понимала, так как разум ее, никогда не бывший особенно острым, сейчас и вовсе был замутнен душевными страданиями. - Я узнаю, кто это сделал, и сделаю так, что он будет завидовать замурованным в стену и разбившимся на осколки! - вспыхнувшая Люмосом палочка в руке Милисенты озарила и ее разноцветное лицо, и растрепавшиеся волосы, из которых нелепо торчали уже подвявшие цветы. - Призрака вызвать, - с плохо скрываемой издевкой повторила Булстроуд и угрожающе зыркнула на Забини, который оставался одним из главных подозреваемых в убийстве. - Это развлечение для дошколят. Как насчет некромантии? - нехорошо улыбнулась она. - Разбудим мертвого и спросим, кто его убил. Как вам такая забава?

+6

12

В минуты полнейшего хаоса, оров и криков Герда не свсем понимала, что ей делать. Нотт продолжал лежать без движения, поддерживаемый жалобными стенаниями выжимающего из себя последние капли актёрского таланта Забини. Эрика решила накинуть на себя чёрный плащ и свалила с ног несчастную Аннику, которая явно не была счастлива подобным развитием событий. Это не считая странных инициалов на рукояти, которые почему-то именно сейчас казались самым логичным сообщением из всего сказанного ранее. Уэйн бы не слишком рассчитывала на то, что тот, что решил замуровать их в совятне (в которой, между прочим, сов было не больше чем призраков), сжалится даже над представителями своего же факультета. Тем более если это группа, которая решила испугать своих же одноклассников. Герда могла уже даже видеть ухмыляющиеся лица тех, что снаружи замуровали дверь и с улицы слали им кинжалы, а потом смеялись, хватаясь за животы, прислушиваясь к крикам.

- Так, спокойно! - Как правило, эти слова произносят те, что меньше всего были способны на спокойствие. Герда не привыкла нарушать правила, и поэтому сейчас она скорее напоминала землетрясение перед извержением вулкана, чем стойкую скалу. - Теодор, прошу тебя, мы уже испугались, так что поднимайся с места. Блейз, ну ты же пнимающий человек. Давайте надём выход, а потом уже будем пугать первокурсников, которые и без того наверное не смогут спать по ночам. - На самом деле, она хотела сказать "Нотт, немедленно вставать, Забини, прекращай рыдать, и никакой некромантии. И именно это она и приготовилась произнести, но почему-то из подло подрагивающей гортани вырывались только очень осторожные слова, котрыми, наверное, не напугать и нашкодившего первокурсника. Так или иначе, сразу становилось как-то понятно, почему у неё нет шансов получить никакие руководящие должности. - И я не думаю, что вызов призраков и некромантия это хорошая идея... Все эти невинные шутки могут неожиданно перерости во что-то более серьёзное, а этого мы никак не хотим..

"Да неужели, Герда? Они бы быз тебя никогда не догадались, я не сомневаюсь." Тем не менее, на предпочла подойти к Шеймусу, и осторожно посмотрела на выцарапанные неровным почерком инициалы. Какой дурак оставит на орудии след, который будет вести прямо к нему? Наверное, перед тем как кидать нож, следы можно было бы стереть....

- А если это подсказка? - Уэйн вертела нож с руках, надеясь не порезаться о острие, что всего минуту назад вшло в камень чуть ли не по самую рукоять и оставило дырку в стене. Ух лучше бы это метко брошенное оружие каким-то образом смогло открыть им дверь. - Ф.Л.Н... Например, "финита", "люмос", "нокс"? Это могло бы быть очерёдностью заклинаний, необходимых для открытия двери? Или же, если это действительно сделали какие-нибудь непоседы, то они могли бы сделать это с желанием добиться от нас чего-нибудь забавного, чтобы потом рассказывать об этом друзьям. Эти слова с тем же успехом могли бы означать "фырчи-лай-ной" или любое другое бесчисленное количество комбинаций... - Стоило Герде только сказать эти слова, как совятню продул холодный, пронзающий ветер, сметающий в своих жерновах свет огня со всех свечей, оставляя учеников в кромешкой темноте и незнании. - Замечательно... Без "люмоса" мы сегодня точно не обойдёмся.

+3

13

[avatar]http://s020.radikal.ru/i704/1511/3c/34b5dfd047fd.png[/avatar]

Отстав от Ромильды, Шеймус все-таки прислушался к тем звукам, которые были в совятне и которых в ней не было. Да, вместо пернатых что-то или кто-то определенно сидел под крышей, из своей тени наблюдая за студентами. Финниган уже хотел пальнуть что-нибудь яркое и неприятное в это «нечто», но оно заговорило. Или закричало. В общем, это было громко, неприятно и в духе происходящего. Не видя того, кто тут горланил, Шеймус решил не высовываться слишком сильно, сделав вид, что кинжал в руке ему еще может что-то сказать.
Громкий голос «гиганта» превратился в девчачий визг, когда нечто темное хлопнулось на слизеринку. Подняв черную материю с валявшегося в стороне полутрупа, Финниган нашел пятикурсницу, которая не так давно у него что-то узнала. Ну ясно, и не такая мелкота полезла в их кружок по интересам, где было много чего интересного. Самодельный труп Нотта, например.
Это ж Эрика. Новая диета? – Шутка удалась на «Превосходно», по мнению гриффиндорца, который накинул мантию обратно девушке на лицо, но потом все же решил помочь ей подняться под звуки голоса Аники, что так неожиданно среди шума включила рациональность. Причем, не без доли критики. Как итог, все равно никто не попытался взорвать дверь или спрыгнуть с совятни, изображая сошедшего с ума запуганного сосунка.
Ну давай, может, этот самый призрак покажет нам, как выбраться наружу, – разведя руками, громко ответил Шеймус, чтобы и все остальные присоединились к их затее. Несчастная Булстроуд с трудом переживала приход и мгновенный отход однокурсника в мир иной, что не было картиной прекрасной. Да еще и…
Твою ж Моргану! – Финниган подпрыгнул на месте и выронил кинжал на пол. Клинок упал без особо шума, поскольку на камнях было слишком много перьев и скелетов разнообразной лесной и полевой животности. Просить предупреждать было бессмысленно, теперь у Шеймуса была причина не спать до Рождества, чтобы не видеть сей лик в кошмарах.
Поднимим мы тебе этого мертвеца без всяких обрядов, – взяв себя в руки, а заодно и подобрав свою находку, решил Шеймус. Для него не было большим удовольствием общение со слизеринцами, но они были здесь отнюдь не в меньшинстве, чтобы иметь возможность их игнорировать. Подойдя к телу Нотта, Финниган хмыкнул в сторону его дружка и отошел на шаг от Милисенты. Храбрость храбростью, а поспать в этом месяце он все же планирует. Герда тоже не осталась в стороне, упрашивая актеров поскорее закончить это представление и перейти к поклону. Гриффиндорец был с ней абсолютно согласен, он даже попытался пнуть неудавшегося мертвеца, но Забини ему помешал.
Ну и черт с ними, отдав однокурснице кинжал, Шеймус присоединился к остальным слушателям. Как так? А вызвать призрака? Почему бы и не попытаться вызвать того самого хозяина этого кинжала? Если он жив, то пусть икает до скончания веков, ну а нет, то составит компанию кучке студентов, которой приходится коротать ночь за закрытой дверью совятни.
– Еще скажи, Фанат Лютой Ночи, но мы тут все такие. Давайте все-таки спросим, что случилось, у того, кто это прислал. С трупами говорить сложнее, мало ли как они разложились, без языка сложно говорить. Давайте в круг, в круг. Кто там специалист? – вытаскивая младшекурсников из уютных и безопасных уголков совятни в центр, продолжает говорить гриффиндорец. Где дух авантюризма? А вот он, прекрасный, с походкой, которой позавидует пьяница, и разговорами, по которым книги можно писать. Шеймус попытался высадить ровный круг, что у него, считай получилось, и попросил Герду – чуть ту не оглушив своим криком – положить кинжал в центр. Что дальше?.. Опять же, фантазия.

+4

14

Эрика упала прямо на Анику. Её крик перешёл в безумный хохот, словно девушка употребила какие-то запрещённые вещества, вроде шариков из драконьего порошка или крылышек пикси. Хоть падать было и не весело, но удар вышел не слишком сильным, а внутри Гейл был шарик с забавами, которые так и рвались наружу. Она откровенно не понимала, что это большинство тут такие хмурые. В конце концов, Хэллоуин это праздник, на праздниках нужно веселиться, так чего портить всем настроение своей кислой рожей?
- Извини, - Эри смущённо сделала пару шагов от подруги, надеясь, что та не захочет отвесить ей пару оплеух. Она тут же улыбнулась, осматриваясь, потом показала Шимусу язык. Он явно был горд своей шуткой, а Гейл она показалась глупой. Впрочем, чувство юмора у каждого своё.
А Кэмпбелл продолжила возмущаться. Подругу Тедди очень любила, но считала, что иногда она слишком серьёзно относится к жизни.
- О, призрака вызвать? А что? Хорошая идея! Ты молодец, Аника! - Эри подняла большой палец правой руки вверх, показывая, что полностью одобряет мысль Аники. Она даже не задумывалась, что подруга может иметь нечто иное, произнося все эти речи.
Призраки Гейл не пугали. Их, вон, по Хогвартсу целая толпа летает, чего их бояться? Они не могут убить или покалечить человека, зато могут многое рассказать и слушать их периодически интересно. Эрика несколько раз общалась с Серой дамой, а вот Луна, например, вообще частенько рассказывала о беседах с этой умершей дамой.
А вот от предложения Миллисент Эрика была готова вежлива отказаться, потому что некромантия это уже несколько иное. Если вызывающий не сможет совладать со своими силами и возможностями, то его может тот самый восставший труп с собой и утащить. В общем, о некромантии Гейл читала весьма поверхностно, но то, что ей удалось прочитать, не слишком привлекало. Тем не менее, чтобы не показаться трусишкой, Эри промолчала, просто сжав посильнее собственные зубки и мысленно прикусив язык. В любом случае она не собиралась брать на себя такую ответственность, этим пусть, вон, семикурсники занимаются, раз такие смелые. Правда потом всем придётся отчитываться перед учителями за хладное тело почившего ученика, но, что ж поделать, таковы были жертвы.
Погас свет и Эри не удержалась, тут же вцепилась почти мёртвой хваткой в стоящую неподалёку Анику. Услышала бормотание Герды, тут же достала палочку из ботинка и зажгла свет на конце палочки с помощью заклинания. Стало чуть светлее, но не намного, честно говоря.
- Слушайте, а может это инициалы чьи-то? Ну, знаете, иногда на орудиях выжигают именно инициалы, - пробормотала Гейл на размышления Герды. Она уже отпустила руку Аники, стыдясь, что обычная темнота смогла вызвать в ней такой сильный испуг.
- Я тоже за вызов призрака, - поддержала Эри Финнигана. - В конце концов, некромантия это из области тёмной магии. Не в курсе как обстоят дела с данным предметом на Слизерине, но у нас, на Равенкло, таким занимаются не часто. Вы вообще в курсе, что мертвец может утащить того, кто его вызывает в свою обитель? Вряд ли кому-то сегодня очень хочется питаться сырой землёй, - хмыкнула пятикурсница. - А вот вызов призрака вполне безопасен. Тем более, призрак не может задушить, в случае чего. Я не горю желанием ощутить на себе хладные руки трупа, но может тут есть другие желающие? - В свете палочки огромные глаза Тедди обвели всех, кто стоял вокруг неё.

+3

15

- Конечно есть, - ответил Блейз и высморкался в размотавшийся тюрбан. На его щеках блестела скорбь, на коленях покоилась голова покойного, на голой пятке красовался налипший ивовый лист.
- Не знаю, как у вас на Рейвенкло, но у нас на Слизерине знают, что некромантия - это механический процесс. Всего-то нужно заменить негодные запчасти на новые - и вот ты снова пышущий здоровьем и волшебной пыльцой единорог, пусть и с сердцем фестрала.
Он потрепал Теодора по запыленным волосам и посмотрел на него ласково, как на Гризабеллу.
- Что до твоих опасений оказаться похищенной, то они абсолютно оправданы. Не то чтобы мертвецы на самом деле утаскивали за собой всех подряд - у них и без того перенаселение, - но Теодору нравятся рыженькие. На твоем месте я бы бежал. Или наскоро разучивал приемы джиу-джитсу, - Блейз задумался на мгновение, уставившись одним глазом вдаль, другим - на Милисенту, затем еще пуще оживился:
- Сырая земля, кстати говоря, не так плоха. Похожа на начинку печеночного пирога, что подают в Кабаньей голове, - он растер ладони и стал сосредоточенно водить ими над трупом. - Все еще мертв! Что ж, давайте и вправду займемся темной магией.
Блейз не слишком изящно опустил Теодора со своих колен на пол, а сам подскочил к мексиканской принцессе Булстроуд и ухватил ее за пояс.
- Милисента, нужна твоя помощь! - приговаривал он, усаживая ее к себе и Теодору передом, ко всем остальным - более живописной частью. - Вопрос смерти и того, что после смерти! Только от тебя зависит теодорово благополучие. Тебе надо сидеть здесь и закрывать обз... мешать ему добраться до Эрики. Мы же не хотим лишиться Эрики, верно? - и прибавил шепотом, - К тому же нам предстоит расстегнуть ему рубашку. Боюсь, они еще не готовы... понимаешь, о чем я?
Милисента, казалось, понимала. И уже расстегивала рубашку.
Блейз едва поспел остановить ее на полпути к последней пуговице.
- Сейчас он больше походит на лопнувший брусничный пирог, чем на обычного человека.
Забини аккуратно приладил рубашку на место, оставив открытой лишь левую сторону груди, подле которой и пристроился.
- Знавал я одну филиппинку... Впрочем, опустим. Я знаю несколько хилерских трюков и думаю, что смогу добраться до его сердца. Если завести его вручную... это не оживит Теодора надолго, но на несколько минут... или пока я не достану руку...
Блейз промокнул взмокший лоб охровым капюшоном. Вслед за забившимся в конвульсиях красноречием зашлись в истерике и его уши. Под их нервное подергивание Блейз перекрестился, призвал на помощь всех богов, поплевал на ладони и сунул одну в грудь Теодора.
Наружу хлынула кварта крови.
Забини пошевелил пальцами внутри.
- Нащупал, - и вместе с тем посерел от напряжения, - так, я ухватился. Сжимаю.
Не выпуская палочки из другой руки, Блейз коснулся запястья Нотта и даже нащупал пульс.
- Скорее жив, чем мертв, - и, не переставая измываться над чужим внутренним миром, - сестра Булстроуд, искусственное дыхание!

Отредактировано Blaise Zabini (25.01.2016 02:06:59)

+5

16

В бессильной ярости Аника сжимала и разжимала кулаки, а театр абсурда, посреди которого она сейчас находилась, всё набирал обороты. Что-то кричала Милисента, Забини, хвала богам, ржал ещё только в кулак, а не в полный голос, а гриффиндорцы то просили прекратить этот фарс, то радостно поддерживали дурацкую идею о вызове призрака. Пуще всех старалась Эрика, хотя стоило дуновению ветра потушить свечи, как она мертво хваткой вцепилась в руку Аники, заставив девушку поморщиться от боли. Нет, они конечно были подругами, но именно сейчас Анике как никогда требовалось личное пространство и изоляция от окружающих её людей, дабы окончательно не слететь с катушек и не присоединиться к рыдающей Милисенте.
Как? Как эти люди сумели доучиться до седьмого курса и не вылететь из Хогвартса? И, главное, почему я среди них?
Выносить издевательства Забини Аника больше просто не могла, поэтому двинувшись к центру совятни, она ощутимо пнула друга по ноге, призывая его хоть чуть-чуть прийти в себя и помочь разогнать эту толпу неадекватных и совершенно неуправляемых школьников. Хотел пугать,пусть пугает, но спектакль с Ноттом пора было заканчивать. Хотя против бездыханного Теодора Аника ровным счетом ничего не имела. Заклятье или зелье, что ему дали, действовало безотказно, так что слизеринка надеялась, что он в таком состоянии пробудет ещё хотя бы неделю, тогда и Забини успокоится и в гостиной можно будет почитать без вреда для собственного здоровья. Малисенту, конечно, было жаль, но ведь и ей применение в больничном крыле найдут, пока она будет таскаться туда, желая проведать возлюбленного.
К сожалению, Аника не верила в столь благоприятный исход и ожидала восстания Нотта из мертвых с минуты на минуту, а значит стоило поторопиться и свалить из совятни заранее.
- Дайте мне этот чертов кинжал. - кажется, голос звучал несколько резче, чем того ожидали от Аники, но девушке давно было не до правил приличия или вежливости. Получив кинжал в руки, девушка поднесла к нему палочку и ещё раз вгляделась в начертанные на рукояти символы. Что бы они не значили и для чего бы ни был изготовлен кинжал, сделан он был на славу.
- Что ж, если кинжал - не морок или не был выкован вчера днём, у него обязан быть хоть какой-то хозяин или история. Попробуем сосредоточиться на этом. - девушка пожала плечами и разогнав людей вокруг себя, села на пол и принялась чертить кинжалом на пыльном полу символы, в нужные моменты укладывая поверх них совиные перья, листья непонятного растения, что проросло сквозь каменную кладку, и несколько галлеонов, которые как надеялась Аника не исчезнут и не расплавятся, денег у неё до поездки домой практически не осталось. Конечно, в идеале требовались перья ворона, листья аконита да медные монеты, но за неимением лучшего, пришлось довольствоваться подручными средствами. Взмахнув несколько раз палочкой, Аника закрыла глаза и еле слышно прошептала нужное заклинание. Во всей этой ситуации её только и радовало, что младшие не узнаю от неё заклинание, не запомнят и не решатся воспроизвести сей эксперимент где-нибудь в неположенном месте. Её и без того могут попросить из школы за использование подобной магии. Наконец, заклинание сработало, вызывая легкое дуновение ветра по самому полу, от чего перья и листья над монетами взвились в маленькие смерчи. Оставалось ждать и надеяться. Ждать, что призрак не придет. И надеяться, что Забини за эти несколько минут успел придумать что-нибудь ужасающее, чтобы кто-нибудь уже окончательно сошел с ума от ужаса и попытался выйти из совятни через окно или сквозь стену. Второй вариант устраивал Анику чуть больше. Чтобы выйти из окна, ей пришлось бы вспомнить, что такое полет на метле, а в этом случае пусть уж лучше призрак придет. Или кто-нибудь из профессоров.

+4

17

Да, этот тот самый гм-ский пост, которого все так долго ждали

Гость спешил и, несомненно, нервничал. Чувство это было столь непривычным и чужим, что могло заставить волосы на загривке встать дыбом, если бы это только было возможным. К сожалению, либо же к счастью, когда ты мертв не второй десяток лет, подобные мелочи попросту обходят тебя стороной.
Надо было спешить.
Слава великого Самайна канула в историю, подменяя себя фантиком массового увеселения и даже волшебники не избежали подобной рокировки. Быть может это и к лучшему, быть может действительно стоит вычеркивать мрачные даты и делать вид, что всё хорошо, а в какой-то момент поверить в это, отдавая сухие почести прежнему страху и когда-нибудь всё действительно станет лучше. Вера, она ведь не статуэтка на полочке, а надежда не только нательный крестик - это и помогало гостю пробираться к своей цели сквозь терновый венец.
Всё сложилось как нельзя удачно. Ночь, магия и неясные ритуалы. Всё что угодно могло произойти, вероятностей было много и он решил воспользоваться той, что могла решить судьбу грядущего так, как было бы лучше. Все беды всегда от того, что кто-то определяет лучшее, исходя из своих измерений.
Пройти через стену не составило труда: она была выстроена самим учениками, ведали они о том, или нет. Никто не хотел уходить, хотя и не признавался в этом. Как там вышло? Они заключили пари, кто останется последним, тот берет банк? Шутка ли, но все мы надеемся не уйти с праздника первыми, всячески оттягивая момент, лишь бы не упустить что-то важное. Может быть в этом и кроется страх смерти. Неизвестность гнетет.
Сегодня у него не было даже призрачной оболочки, он был невидим и незаметен, хотя прежде не мог этим похвастаться. Тьма, запустившая свои щупальца сквозь многовековые стены умела вносить коррективы, когда это было нужно её планам. Что ж, но кто говорил, что так не поступят другие? В любой традиции есть свои трещины, которые можно и нужно обращать в двери. Может это и было его предназначение, кто скажет?
До конца было не ясно, что за хворь одолела беднягу Нотта, вокруг которого всё плясали. Зрелище было жутким, оно напоминало фарс и делило публику на доверчивых и не очень, только это было не важно. Юнец действительно потерял сознание на какое-то время и его оказалось вполне себе достаточно, чтобы прорваться сквозь брешь.
Гость витает над головами будущих великих волшебников. Кто-то станет врачом, кто-то откроет миру важную формулу, кто-то станет хорошим отцом или матерью, а у кого-то в ответственный момент сыщутся нужные слова - осталось только дать этому свершиться. Третий круг и бестелесный дух стрелой вонзается в алую манишку слизеринца, заставляя тело изогнуться и в башне становится так холодно, что каменные стены покрывает тонкая корка льда, даря дыханюю витиеватые облачка пара.
- Мало времени, - это уже не голос Теодора, но и не голос сэра Николаса. Тело мальчика поднимается и садиться на пол, руками хватаясь за голову. Столько мыслей, столько мыслей в этой голове, это может свести с ума, но больше всего призрака поражает то, что горло не жжет и не саднит, - вы должны запомнить одну важную вещь. Тьма пробудилась и готова ужалить, ученики будут пропадать и никто не сможет назвать причины этому. Даже если вы забудете, а вы забудете, всё вернется, когда закроется брешь между мирами. Вы слышите? Вы меня понимаете? Нужно спешить, иначе будет поздно...
Разумеется слова с трудом даются на веру, если вообще даются. Слишком много фарса, слишком много розыгрышей и правды, скрытой под пеленой легенд, страшилок и шуток. Но он должен постараться. Тот, кто прежде был Ноттом, тянет руки к Шимумсу, стараясь найти поддержки в лице гриффиндорца, но что стоит слово одного, когда вокруг скептики.
- Вам нужно будет найти способ дать мне тело. Ненадолго, пока не найдем кинжал, который разит Тьму. Я Ник, слышите? Сэр Почти Безгоовый и если мне обернуться самим собой, то долго не протянуть. Она скоро всех нас подомнет под себя, стоит спешить.
Слова сказаны, но услышаны ли? Он забегает вперед, он мешает нить повествования, но это простительно - остается слишком мало времени и Нику нельзя тратить его впустую. Сколько еще есть в запасе, чтобы не навредить волшебнику и донести суть? Минуты три, две? Время тянется медленно, как медовая патока и бежит быстрее горной реки. Несколько вопросов, он может ответить на несколько вопросов

Отредактировано Alice Malfoy de Fantin (08.05.2016 15:53:55)

+4

18

Если бы Милисент была гончей, на словах “Теодору нравятся рыженькие”, она бы встала в стойку и приготовилась бы перекусить Эрике хребет. Но Булстроуд была всего лишь семикурсницей со слегка повышенным процентным соотношением жирка в теле и гнева в душе, и слегка пониженным коэффициентом интеллекта, и потому она только задалась вопросом - обрить ли Гейл налысо или попросить у Забини пару уроков скальпирования? От дилеммы ее отвлекли дальнейшие указания Блейза, исполнять которые она принялась с готовностью и рвением, достойным работника месяца больницы Святого Мунго. Салазаровы крендельки, да искусственное дыхание, которое Булстроуд намеревалась продемонстрировать на Теодоре, оживило бы даже каменную горгулью, не говоря уже о пыльном принце ее грез, но коварные высшие силы сегодня делали все, чтобы слизеринке не удалось воплотить свой любимый сон в жизнь. Прицеливаясь и освежая в памяти знания, почерпнутые из статей из  подросткового ежемесячника “Cool Witch”, Булстроуд была слишком занята, чтобы обратить внимание на совершающую над кинжалом ритуал Анику, и Безголовый Ник, захвативший израненную тушку Нотта, помешал личному счастью Милисент за секунду до косплея сцены из “Спящей красавицы”.
- Мало времени, - заговорил Нотт чужим голосом, и Булстроуд отпрянула, разочарованно двинув кулаком по стене. Ну почему? Почему Ник не мог потерпеть хотя бы секунду? Она уже была готова хорошенько встряхнуть Теодора за грудки, чтобы вытряхнуть из него сэра Николаса, но тот начал говорить о тьме, о грядущих исчезновениях, и душа Булстроуд, встрепенувшись в который раз за этот вечер, замерла - хотя бы одна годная страшилка за весь Самайн! О том, что это больше, чем жуткая история, о том, что школьников ждет что-то действительно темное, неизведанное, Милисент, не обремененная ни лишними мозгами, ни повышенной тревожностью, не думала, а когда услышала о просьбе духа, не раздумывая тыкнула пальцем в Эрику.
- Да чего тут думать, бери ее, - бесцеремонно заявила она, радуясь, что одним выстрелом убивает двух зайцев - избавляется от потенциальной конкурентки и освобождает Нотта для дальнейших медицинских экспериментов. - Возражения есть? Возражений нет, - быстро ответила она самой себе. - Единогласно!
[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/381-3JkKs2oByF.png[/avatar]

Отредактировано Solange Zabini (24.05.2016 22:27:18)

+6

19

[avatar]http://s020.radikal.ru/i704/1511/3c/34b5dfd047fd.png[/avatar]

Гейл, всё, ученый момент закрыли, – закатив глаза, завершил вставку Шеймус, решивший более не углубляться в то, чего здесь быть не могло. Против любого психанувшего слизеринца могли выступить любые другие представители иных факультетов, но тогда кто-нибудь обязательно бы вылетел из совятни в сторону главного входа в замок.
Второй акт, а может и третий, а может и четвертый змеиного театра разыгрывал ту самую некромантию, о которой все так хотели забыть в пользу призыва призрака, чем быстро занялась Аника. В общем, зеленый факультет разыграл активность.
На лице гриффиндорца, все еще стоявшего на ногах, отразилось все то, что он думал по поводу мерзости в форме первой помощи Забини и Булстроуд. Ну не здесь же, хотя плеск крови сейчас был как нельзя кстати, благо запертая дверь и куча перьев настраивали на переливание крови из тела в воздух. Но если над тобой склоняется Миллисент… Бее.
Вот и Нотт решил, что лучше прекратить разыгрывать смерть несчастного (отнюдь) парнишки, чем познакомиться с искусственным дыханием производства Булстроуд. И тут же начал болтать, хотя болтать он начал не своим голосом. Шеймус встрепенулся и сжал пальцы в кулаки, то ли готовясь врезать слизеринцу, то ли собираясь с духом. Может, Анике все же удалось кого-то призвать на радость всем присутствующим?
Или Нотт опять шутит? Решать нужно было быстро, хотя бы для того, чтобы быстро выбросить его в окно или сориентироваться с предупреждением и начать действовать сейчас же.
Видимо, нужно было вслушиваться в слова, нежели смотреть на куклоподобного Нотта, потому что подавить желание отшатнуться от вытянутых рук не удалось даже храброму гриффиндорцу горячей ирландской крови.
Ник выбрал не такое уж хорошее тельце, можно было понять, почему его так хотелось сменить на иное, но одна ли неприязнь мешала ему быть в Теодоре?
– А чем Нотт не подходить? Или это навсегда? – удивленно всплеснув руками, произнес Шеймус. Вряд ли что-то изменится от того, что кто-то другой будет размахивать руками и тянуть пальцы в разные стороны.  – И кинжал… Не так много таковых валяется по Хогвартсу, один вот… Аника! Один вот у Аники, хотя на нем не написано, что он кинжал, разящий Тьму, но он сам по себе летал.
Спешно все рассказывать Шеймус умел в лучших традициях тараторящего семикурсника, посему был готов продолжить свой монолог, если бы он не был частью беседы, где по идее должны были быть ответы на поставленные вопросы. Без них все студенты были связаны по рукам и ногам, но они ведь вроде бы об этом забудут, и зачем вообще тогда что-то знать или запоминать. Финниган несколько запутался в высказываниях и их последствиях.

+4


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Сюжетные эпизоды » q.o. Lights of cold Samhain


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC