Hogwarts: Ultima Ratio

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Неоконченные эпизоды » Rozum i wiara


Rozum i wiara

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s020.radikal.ru/i713/1512/a0/f6ad0bafa010.jpg

Kochanie jak i śmierć nikogo nie minie.
Henryk Sienkiewicz

- дата: 1863 год;
- место: Западные губернии Российской Империи;
- участники: Stefan Nowak (jako Sędzisław Zawadzki) & Ginny Weasley (jako Agata Lewandowska);
- внешний вид: Ничем не примечательный для интеллигенции и мелкого дворянства XIX века;
- краткое описание:
Прошло более полувека с последнего раздела Речи Посполитой, но в умах интеллигентной молодежи и старожилов-шляхтичей не угасают грезы о воссоединении некогда могущественного государства. На окраинах Российской Империи распространяются мятежные настроения, подкрепленные глубоко патриотичным воспитанием и окончательной утратой демократии.
Магическое сообщество нарушает международный статус секретности и присоединяется к немногочисленным рядам повстанцев. Получив великолепное патриотично направленное образование в Академии волшебства, они не могут оставаться равнодушными к борцам за независимость родной земли.

- примечания:
Короткое отчаянное восстание Калиновского - последняя и самая яркая вспышка борьбы за право быть поляками и литовцами, самим распоряжаться городами, имениями, выбирать вероисповедание и родной язык. Это годы, когда голод и разруха не заставили людей забыть о духовной жизни, дали силы собрать тайные общества, печатать подпольные газеты, идти на верную смерть ради свободы и независимости. Романтика секретных встреч под одинокой тусклой лампой, составления агитационных листовок, тайной жизни в тесных убежищах, всех неудобств и лишений ради собственных убеждений. И страх не вернуться с поля битвы, потерять друзей и, самое главное, проиграть.
Но в темные времена видно светлых людей.

Rozum i wiara - разум и вера.
"Kochanie jak i śmierć nikogo nie minie" - любовь и смерть никого не обойдут стороной.

P.S. Внешность персонажей может отличаться от выбранной мной для эпиграфа.

[audio]http://pleer.com/tracks/54168668RdY[/audio]

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/385-1WgL2mplkZ.jpg[/avatar]

Отредактировано Ginny Weasley (09.12.2015 19:35:02)

+1

2

Славеку двадцать семь, но выглядит он намного моложе. Обстоятельство сие, наверное, было бы приятно, будь он женщиной, но в этом вопросе не повезло - хотя тут уж как посмотреть.
Раньше Славек очень смущался своей внешней зелёности, бороду отращивал, чтоб казаться солидней и старше, но с бородой выглядел скорее карикатурно, чем взросло, так что от этого способа пришлось отказаться. Вот и тянет Славек Завадский скорее на семнадцать, чем на двадцать семь, но иногда это к месту: он может притвориться студентом, он может быть незаметным, он может стать тенью - правда вот в этот его талант никто пока что не верит. 
Сегодня безо всякой поддержки и веры Славеку хочется стать тенью - и, прошмыгнув в заветный дом, слиться со стеною, не вызывая ни взгляда, ни мысли, ни капли внимания. Там, говорят, странное, там то, во что поверить сложней, чем в себя, в успех и удачу, во что бы то ни было. Там - магия, и это даже, вроде бы, уже не в диковинку для остальных, для тех, кто уже видел всё, но ему всё ещё боязно. Признаться в этой боязни стыдно, и он, конечно же, ни за что не признался бы, но сейчас, пока никто не видит, пока темно, шорохливо, дождливо и ветренно, он стоит у неприметной двери в подвальные этажи, такой же - или даже более - неприметный, переминаясь с ноги на ногу. В прохудившийся сапог набралось воды, и если там, внизу, ему предложат разуться, придётся всем продемонстрировать мокрое пятно на носке, точно он кот какой пятистый: воротничок, носочки-гольфики, тьфу. Славек поправляет поднятый воротник пальто, ёжась, в спину ударяет порыв ветра, разбрасывая ледяные капли. Если там, внизу, волшебники, почему бы им не поправить для начала погодку? До чего скверный денёк, прямая дорога в госпиталь с воспалением лёгких.
Вздрогнув, Славек делает бессознательный шаг назад, во тьму, плотнее запахивая пальто: он услышал скрип ключа в замке. Шаги на лестнице неумолимы, новое шевеление, удар металла о металл. Его стука не дождались. Кто-то уходит? Или волшебники просто знают, что он давно торчит здесь, им надоело ждать, и вот они решили: откроем дверь сами да втянем этого кота в носочках за усы.
Дверь отворяется бесшумно, вывалив в мокрый тёмный двор целый пук неуместного света,  самый кончик которого окунаются мыски его сапог, и один из этих сапог, некстати, с дыркой.
- Добрый вечер, - он слышит женский голос, но боится поднять взгляд, уставившись на эти освещённые мыски, заплёванные грязью сырых подворотен.
- Добрый, пани... - шепчет он, плотнее сжимая озябшие пальцы на воротнике, - Панна... - запинается, голос юный, но кто из, волшебников знает, может она уже правнуков нянчит в свободное время? - Пани... Добрый вечер, - и наконец поднимает глаза.

+3

3

Агате сегодня исполнилось двадцать – целая вечность по меркам патриархального общества, традиции и устои которого не раз повергали ее в печаль. Еще бы пару лет назад – "как всем приличным девушкам" – следовало выйти замуж, да сердце ее жаждало приключений, а не вечной любви. Восемь лет домашнего обучения, пять лет в пансионе, еще пять – в Академии волшебства, и Агата, выросшая в тепличных условиях, наконец вырвалась на свободу, поспешив покинуть родительский дом.
Друзья-варшавяне приняли ее с распростертыми объятиями во взволнованный мятежным духом город, и демократические идеи быстро захватили юный разум. Ее дело было маленьким: встречать безчарных1-посланцев, забирать у них корреспонденцию и относить адресантам, заниматься скучной бумажной работой. А иногда – эти дни она любила особенно – готовить людей, необходимых штабу, к тому, что в самом неприметном узеньком домике из-за угла может выскочить сморщенный домовой эльф, а над головой – пролететь миниатюрный дракон. Но больше всего гостей завораживали волшебные палочки, искрящиеся по малейшему взмаху руки:
- Что, и даже воду в вино превратить можете? – чаще всего Агате задавали именно этот вопрос.
- И даже воду в вино. Только ходить по ней не умеем, это да, - усмехалась она.
Целый день Агата ждала некого Завадского. Успела все письма разобрать, на поздравления друзей ответить, прибрать в своей каморке, а безответственного Сендзислава не было и в помине. Когда и вышивка закончилась (больше, чем вышивать, Агата не любила только по балам ездить), она уже не могла усидеть в этой душной комнатушке и забежала в соседнюю пекарню, где купила себе большой маковец2, планируя отпраздновать юбилей в одиночестве. Благо Господне, от проливного дождя ее спасало заклинание.
Когда заварила себе душистые травы и отломила кусочек теплого пирога, знатно подобрела и, словно довольная сытая кошка, обмякла в креслице. Но стоило только ненадолго отвлечься от забот, как за окном мелькнула тень замерев на пороге. Прошло несколько минут, а посетитель все не решался сдвинуться с места, и Агата поняла: дождалась-таки. Взмахнула палочкой, замок со скрежетом отворился, дверь распахнулась, и трепещущий свет керосиновых ламп упал на съежившегося от ненастья юношу.
- Вечер добрый, - поздоровалась первой, тут же вытягиваясь по струнке и расправляя плечи.
- Добрый, пани… Панна… Пани… Добрый вечер, - ей ответили смущенным шепотом. Эта заминка в день двадцатилетия показалась Агате особенно символичной. Девушки любят во всем искать тайный смысл.
- Пани, - с улыбкой отозвалась она. – Закройте дверь, будьте добры. Вы пан Завадски? Проходите, смелее, присаживайтесь.
Гость, кажется, был даже младше ее самой. Может, пришел так поздно, потому что целый день кружил у дома, не решаясь войти? И такое бывало.
- Меня зовут Агата Левандовска, я должна встретить вас и... подготовить к тому, с чем вы уже сегодня-завтра столкнетесь в этом здании. Поверьте, тут нет ничего страшного, мы не пустим вас на корм драконам, мы совершенно обычные люди, - она произнесла привычный текст с мягкой улыбкой на губах. – Присаживайтесь-присаживайтесь, не стойте. Чястко3? Совершенно не волшебное, купленное в пекарне за углом, - старалась говорить медленно, непринужденно. Располагать к себе Агата умела. - Для чего вас позвали сюда? Если, конечно, можете об этом рассказать. Я тут тоже недавно, чуть больше месяца. Скучновато в этой каморке сидеть, но надеюсь, что со временем мне позволят решать вопросы по-важнее. Так что я вам завидую, - ее глаза наконец встретились с глазами гостя, казалось, уже готового начать беседу.

На всякий случай

1 - bezczarny (без чар), мой своевольный неологизм по аналогии с американским no-maj.
2 - пирог с маком.
3 - пирог или пирожное с начинкой.

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/385-1WgL2mplkZ.jpg[/avatar]

Отредактировано Ginny Weasley (14.12.2015 17:17:06)

+1

4

Боже милостивый, как много она говорит. Этот её голос берёт его под руки, легко вносит в просторное светлое помещение, тёплый, располагающий. Но слов так много, и Славек путается в них, какая-то его часть всё ещё стоит в размышленьи у двери, и в глазах, должно быть, растерянность пополам с любопытством. Здесь изумительно пахнет травами и сдобой, и в самой хозяйке есть что-то травяное и что-то сдобное - нет, она не пышечка, даже наоборот, но чувствуется в ней какая-то домашняя мягксть. И как же много слов. Он понимает едва ли половину.
Вот закрыта дверь, вот звучит его фамилия - и он кивает, забывая поправить: "давайте сразу просто "Славек", пожалуйста", - вот и её имя, сверкающее самоцветом в струящемся освещении комнаты, вот что-то о корме для драконов, вот она предлагает угоститься той самой булкой, что так дивно пахнет, и вот, наконец, вопрос.
А потом ещё что-то - личное. Отчего сразу становится как-то легче, и он обмякает немного, точно невидимый кукловод опустил руки, ослабив натяжение нитей, удерживающих его плечи. Славек опускается в кресло, впрочем, пока не решаясь откинуться на мягкую спинку. Он совершенно не боится Агаты, не смущён, но что-то держит его - должно быть, это инстинкт бесчарного - кажется, их так называют, - должно быть, все поначалу остерегаются магии. Ведь для них это неестественная материя.
- Разве волшебники покупают булки? - спрашивает он с улыбкой, - я думал, взмахнул волшебной палочкой - и вот тебе пир горой, - он наконец говорит нормально, не запинаясь и не осторожничая, и от этого становится легче, - Мне сказали, здесь мне помогут с изменением внешности - это должно понадобиться через какое-то время.
Говорить о том, для чего понадобится чужая личина, ему не очень хочется, как часто бывает с темами, похожими на диких птиц: не так шевелнулся и вот уже спугнул её. Нет, пусть уж подойдёт поближе, чтобы можно было рассмотреть ей внимательно, изучить узор плотно прижатых друг к другу перьев и блеск тёмного глазка, а потом уж схватить её за хвост, решительно и крепко. И не упустить.
Птица, конечно, может оказаться очень опасной. Но сейчас думать об этом смысла нет. Сейчас важно её поймать.
- Волшебникам не должно быть скучно, - хмурится он весело, загоняя мысли о птице поглубже в голову, - У вас ведь в распоряжении настоящие чудеса. А что вы обычно показываете тому, кто отказывается верить в магию?

+1

5

Встречать новых бесчарных всегда волнительно. За долгий месяц в штабе она поговорила примерно с десятком и для каждого стала первой знакомой волшебницей.
Некоторые, увидев, как вспыхивает пламя в камине от одного лишь взгляда собеседницы, хватались за распятие под рубахой, некоторые подозревали фокус и обман. Но для всех них с Агаты начинался новый мир, и единственное, чего она хотела - показать, что здесь собрались не ведьмы и злые колдуны из сказок.
"Волшебство не от дьявола, Создатель задумал его такой же неотъемлемой частью мироздания, как землю или воздух" - так она должна была продолжить свою речь, но, гость, кажется, совсем не был готов слушать. Пришлось немного отступать от привычного сценария.
- Разве волшебники покупают булки? Я думал, взмахнул волшебной палочкой - и вот тебе пир горой, - этот наивный вопрос заставляет Агату широко улыбнуться. На душе как-то сразу теплеет, и ей самой становится капельку легче.
- Мы не можем создать что-то только с помощью волшебства. Я могу помочь себе приготовить пирог, но до этого я должна купить муку, молоко и яйца. Увы, даже магия не всесильна, - отвечает она и отрезает себе еще кусочек маковца, такого ароматного, что голова идет кругом.
- Так вы разведчик, пан, - Агата приподнимает бровь, услышав про смену внешности. - Только не докладывайте им, что я тут чай с пирогами пью. У меня немного работы на завтра осталось, но можно же побаловать себя в свой день рождения, - с хитрой улыбкой на губах понижает голос.
Поймав обескураженный взгляд собеседника, она смеется, прикрывая рот ладошкой и мимолетом думает, что Славеку легко открыться, в нем нет враждебности, настороженности и страха. Робкие жесты выдают волнение, а светящиеся любопытством глаза - неподдельный интерес - приятно когда в тебе видят диковинку, а не греховный сосуд.
По-детски непосредственное обаяние Славека незаметно укутывает ее в свои объятия, и Агата совсем перестает переживать, что встреча может пройти как-то не так.
Ему хочется скорее увидеть волшебство своими глазами, и она, знатно подобревшая, говорит:
- Обычно просто тушу и зажигаю огонь в камине или поднимаю в воздух их шляпы, но...
Но вам, пан, мне особенно хочется показать, какой прекрасной и удивительной бывает магия, вы оцените - додумала она, а вслух начала произносить заклинания одно за другим:
- Люмос солем. Гербивикус. Авис. Аресто моментум. Дуро.
На столе стоял горшочек с поникшей фиалкой - Агата постоянно забывала ее поливать - но по мановению волшебной палочки под солнечными лучами на растении распустились белые цветы. Ворох стареньких потрепанных перьев для письма превратился в стаю маленьких птичек, которая, звонко чирикая, закружилась над столом, и через мгновение замерла в воздухе, будто слепленная искусным мастером и подвешенная по потолком. Еще взмах, и одна из птичек падает прямо в руки Славека, каменная и  холодная.
- Забирайте себе на память, - переведя дух, предлагает Агата.
[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/385-1WgL2mplkZ.jpg[/avatar]

Отредактировано Ginny Weasley (11.01.2016 12:23:12)

+1

6

Она улыбается, и он чувствует, как легче становится не только ему, но и ей, хотя ещё минуту назад ни за что не подумал бы, что она ощущает какую-то скованность. Не так уж всесильны волшебники, заверяет Агата, и не то чтобы он рад, но всё же она теперь человечнее, что там, раз для того, чтоб испечь пирог, ей тоже понадбится мука и яйца. Впрочем, его и эти продукты не спасу: его-то пирог скорее будет похож на свежезажаренную подмётку с сахарной пудрой.
"Разведчик", - произносит она, и Славек замирает, чувствуя, как бродят по его лицу неопределённые и неопределившиеся чувства. Разведчик ли он? Это слишком громкое слово, слишком романтичное, в нём много ответственности, но да, это слово выписано узором цветастых перьев по крыльям той самой птицы, что он так жаждет поймать.
- Мне так неловко, пани - разводит он руками, услышав про день рождения, - Если б я знал...
И что же, если б он знал? Разве не противоречат приличия подарки незнакомым девушкам? Лучше уж булку с чаем. А поздравить её он успеет, например, в следующем году. Но интересно, что есть для волшебников ощущение праздника, коль скоро они сами умеют творить чудеса? Что меняет их мир и делает его особенным? Завороженный, он наблюдает за теми самыми чудесами, что умеет творить Агата: длинной цепочкой маленьких диковинных событий: всё происходит очень быстро, несомненно, но ему кажется: долго. И он хотел бы ещё дольше, он попросил бы, но ещё недостаточно осмелел. Наверняка не очень-то приятно ощущать на себе такой вот взгляд, будто и ты - экспонат невиданного музея или редкий цветок в ботаническом саду.
Пальцы Славека смыкаются на холодном боку окаменевшей птички, которую ему отчего-то жаль, и он точно пытается согреть её, но знает, что жизнь ей не вернуть, да и не приадлежала она тому, что совсем недавно было кучкой перьев. Принадлежит ли жизнь ему самому? Наверное, в свете вечности он сам не весомее, не живее этой вот птицы, - кончик пальца рассеянно скользит вдоль крыла, едва вздрагивая от восторга: тонкий рельеф перьев под силу было бы повторить разве что самому искусному камнерезу.
- День рождения у вас, а подарок получаю я, - улыбается он, опуская взгляд на свой маленький трофей, - Это очень красиво, а я привык думать о вашем даре как об оружии. Теперь даже стыдно.

+1

7

- Я люблю делать подарки, не переживайте, - отмахивается Агата. - И вы не совсем ошиблись, магия может быть страшным оружием. Одним лишь словом можно отнять жизнь, пытать, поджечь заживо. Магия нейтральна, она просто средство.
Всегда было интересно узнать, как смотрят на мир бесчарные. Агата была тепличным растением, хрупким цветочком, всю свою жизнь гревшимся в лучах внимания и заботы, буквально дышавшим волшебством, которое никогда не воспринималось как-то по-особенному. Есть, и хорошо, разве может быть иначе?
В ее окружении были одни лишь волшебники, и что их можно бояться Агате а голову даже не приходило. Да, встречались особы не слишком приятные, порой даже омерзительные, но так ведь везде? Когда за узостью мышления люди считают правыми лишь тех, кто похож на них самих, чего странного в том, что даже в самом прекрасном они способны углядеть изъян и угрозу. Агата успела познакомиться почти с десятком бесчарных, и все они стремились поскорее убежать восвояси, выполнить задание и вновь спрятаться в своем убежище, до которого не долетает ничего, что заставит усомниться в своей жизненной позиции и религии. Поляки очень набожный народ, и у большинства простолюдинов в голове не умещается даже малейшая возможность существования и магов, и Езуса. Но разве же одно другому противоречит? Если Пан мог одним даровать неземную красоту, другим острый ум, то почему третьи не могли получить возможность творить чудеса?
Впрочем, Агата предпочитала верить в людей, и с радостью ловила неподдельный интерес в глазах и словах Славека.
- Ну как, пан, вы выдержите встречу с моим начальством и настоящей магией? - усмехнулась она. - Поднимайтесь на второй этаж, последняя дверь справа.
Славек ушел, да и Агата, пожалуй, могла бы уже идти домой, но на улице было так сыро, а здесь так тепло, пахло травами и сдобой, что она решила дождаться гостя. Может, и гроза утихнет.
Вновь вернувшись в доброе расположение духа, Агата взяла в руки пяльцы и принялась вышивать затейливый цветочный узор. Ей было все равно, что потом будет с ее работой: станет она носовым платочком или нарядным передником - рукоделие как таковое она не любила, но гораздо лучше думалось, когда руки были заняты. Листочек за листочком, одна тропа мыслей за другой, Агата потерялась во времени и не заметила, когда Славек спустился, а тучи поплыли заливать поля и погреба крестьян.
- О, вы уже закончили? Как, живы? Боня не спалил вам ничего ценного? – Бонифаций – игрушечный миниатюрный дракончик, который, впрочем, дышит самым настоящим пламенем и порой доставляет немало проблем.
[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/385-1WgL2mplkZ.jpg[/avatar]

Отредактировано Ginny Weasley (12.03.2016 12:05:26)

+1

8

Смотреть на себя в зеркало и видеть там не себя - ощущение диковинное, конечно, но Славек не мог бы сказать, положа руку на сердце, что это зрелище было самым ярким и запоминающимся в этот странный вечер. Куда сильней запомнилась ему Агата и её подарок, оттягивающий карман каменной тяжестью жизни, бывшей жизнью считанные мгновения. Он был счастлив, что не знал, как покинуть штаб иным способом, кроме как через её комнату, потому что, укажи кто ему другой путь, пришлось бы уйти, не попрощавшись: он бы не успел набраться храбрости, чтобы заглянуть к ней с единственно этой целью. Хотя, наверное, того требовала вежливость. Славек как никто другой хорошо знал, что за тяжестью оборачиваются ситуации, в которых вежливость вступает в бой с застенчивостью. Побеждала обыкновенно последняя, зато потом вступала совесть, и он ещё долго мучился, раздумывая над тем, какой свиньёй его, должно быть, посчитали.
Открывая дверь в знакомую комнату, Славек поймал себя на ощущении, будто он уже давно здесь, что он здесь живёт, и за это долгое время комната, где пахнет выпечкой и лавандой, и где Агата вышивает, сидя в кресле, стала родной. Он подумал, она такой и останется теперь, а все остальные здесь - наверняка так и будут чужими. И это не пугало его. В конце концов, мир магии, как бы ни привлекал, ни тянул его, никогда по-настоящему не примет бесчарного. Это правильно. Славек здесь чужой, гость, и должен чувствовать себя гостем, и должен уйти, а эта комната - пусть она будет исключением. И это - тоже правильно, так он считает.
- Очень приятно, что, уходя, я снова вижу вас, пани, - застенчиво улыбнулся он, проходя, - приятно будет унести в памяти именно ваше лицо самым ярким отпечатком. Ваше начальство... знаете ли... слишком волшебное. И я не могу сказать, что вкладываю в это слово исключительно положительный смысл, - он умолк, поражённый тем, как много сказал, и как много наверняка среди сказанного было в самом деле лишним.
Подойдя к столу, он безотчётно стянул один из оставшихся ломтей булки и задумчиво пожевал, а затем уставился на лакомство в своей руке с удивлением, будто только что осознал невежливый свой поступок.
- Я оставлю не лучшее впечатление, - снова улыбнулся Славек приветливой хозяйке комнаты, - Но, пожалуй, оставлю. Это тоже важно - хоть какой-то след оставить, верно?

+1

9

Славек спустился совсем в ином обличии и выглядел слегка потерянным. Казалось, что он все еще хочет украдкой ощупать вытянувшееся лицо, заострившиеся скулы и поредевшие волосы, а затем, чтобы наверняка, тайком себя ущипнуть.
Но не только внешность его преобразилась, что-то неуловимое изменилось и в поведении. Он по-прежнему был смущен, но уже не так застенчив, и это было слышно по смелым речам.
- Очень лестно, - румянец едва коснулся ее щек. - Больше на колдунов, чем на волшебников похожи, правда? - рассмеявшись, закончила его мысль Агата. [avatar]http://avatar.imgin.ru/images/385-1WgL2mplkZ.jpg[/avatar]
Отложив пяльцы и иголки, она поднялась, чтобы проводить гостя. Уже прощаясь, он машинально стянул кусочек маковца. Хотя ничего предосудительно Славек и не сделал, ведь ему уже предлагали угоститься, выглядел таким удивленно-виноватым, что хотелось его пожалеть... Как запутавшегося в клубке ниток котенка.
- Я оставлю не лучшее впечатление. Но, пожалуй, оставлю. Это тоже важно - хоть какой-то след оставить, верно?
Агата в ответ лишь хитро прищурилась и произнесла:
-  Доброй ночи, пан Сендзислав.
Дверь захлопнулась, повеяло прохладой. Но улыбка долго еще не сходила с ее губ, а румянец - со щек.

***

С той встречи прошло почти две недели, и больше Агата Славека не видела. Ей почему-то казалось, что он обязательно должен прийти на следующий день, и когда этого не случилось, в глубине души расстроилась. Уже назавтра она знакомила другого бесчарного с миром магии, и тот полненький лысый мужчина, кажется, все бы отдал, чтобы вернуться в средневековье и сжечь Агату на костре.
Впрочем, дел было много, и та встреча быстро отошла на второй план. Вот и этим промозглым утром Агата совершенно не подумала о Сендзиславе, когда ее отправили провести какого-то бесчарного в другой штаб,  куда без колдовства не попасть. Да и ехать до него несколько дней, а так миг, и они уже на другом конце страны.
Одной рукой обнимая папку с документами, другой Агата постучала в тяжелую дверь дома и почти сразу за ней послышались шаги.

Отредактировано Ginny Weasley (01.04.2016 14:13:38)

+1

10

Многие люди носят очки для солидности, чтобы выглядеть старше, умнее, значительнее. Славек таким немного завидовал: его самого очки старше не делали, наоборот, превращали в школьника, причём очевидного зануду, посвятившего себя оценкам и домашним заданиям. Так что, очки он старался надевать только дома, пользуясь тем, что зрением обладал сносным и мог ориентироваться в пространстве и без помощи искривлённых стёклышек на носу. Но дома Славек носил очки. Мир, обретший резкость и полнозвучие, нравился ему, даже запертый в четырёх знакомых стенах.
И всё же он ждал постороннего человека. Тем более, этим посторонним вполне могла оказаться волшебница по имени Агата, ставшая его проводником в странном мире осуществимого невозможного, который по-прежнему ощущался чуждым, но, благодаря ей, не пугал, а напротив, вызывал любопытство.
Итак, он ждал кого-то, кто мог оказаться девушкой, оставившей в памяти след, похожий на тот, что оставляет на сетчатке горящая свеча - он видел, если её погасить или даже просто закрыть глаза. Но, когда в дверь постучали, открыл, забыв снять очки, всё ещё держа в руках книгу, с которой хотел скоротать оставшееся до прихода волшебника время. И, обнаружив на пороге именно Агату, едва эту книгу не выронил. Спустя пару мгновений растерянного бездействия Славек сдёрнул очки и улыбнулся одновременно скованно и дружелюбно.
"Вот уж не ожидал новой встречи", - чуть было не сказал он, но вовремя осознал, какой глупой ложью стали бы эти слова, поэтому замялся, придумывая что-то более честное.
- Я надеялся, что это будете вы, - признался Славек, чувствуя, что правда, как и должно, поддаётся всё же легче лжи, пусть и медленнее, - Я нервничаю, а отстранённое отношение, запомнившееся мне по вашим коллегам, не поспособствует приведению эмоций в равновесие.
Он растерянно слонялся по просторной сумрачной прихожей старого дома своих родителей - сначала в поисках уголка, где можно было пристроить очки и книгу, затем - в поисках собственного плаща, который висел на самом видном месте. Наконец, натянув этот самый плащ и сунув ноги в туфли, Славек качнулся на носках и запоздало извинился.
- Прошу прощения, что не приглашаю войти... Вы в прошлую нашу встречу угостили меня пирогом, а вот у меня как назло, ни чая, ни пирога: всё подчистую подмели, конец месяца. Впрочем, у меня, пожалуй, есть для вас кое-что... Что-то, что я должен был прихватить ещё в тот раз, - приподнявшись на мыски у двери, Славек вытянул с книжной полки небольшой томик.
На обложке был тиснением изображён парусник, над ним звездой посверкивала золотистая роза ветров.
- Ничего особенного, - сообщил он, протягивая Агате книгу, - Но, полагаю, может представлять ценность для человека, далёкого от мира без волшебства.

+1

11

- Утро доброе, пан, - Агата украдкой поправила юбки платья. Воспоминания о том вечере не раз заставляли ее улыбаться, но встретиться снова она и не надеялась. Бесчарным редко поручают что-то важное, их знакомство с миром волшебников ограничивается лишь одной встречей. Может, и продолжают службу в других городах, но Агата еще никого не видела дважды.
- Я надеялся, это будете вы.
- Ну что вы, проводить до штаба смог бы любой, - немного невпопад ответила она, обескураженная таким откровением. - Не переживайте, все будет в порядке. Уже готовы или мне подождать?
Славеку нужно было еще немного времени, он шуршал чем-то в глубине дома, а Агата стояла у порога и растерянно думала, попросить ли приглашения войти, чтобы трансгрессировать без проблем, или это будет неприлично и лучше поискать какой-нибудь безлюдный тупик в конце улицы.
- Вам идут очки, зря вы их сняли, - заметила Агата, как только Славек вновь появился у дверей. - Ничего страшного, я не голодна и вы не обязаны... О, как неожиданно. Спасибо большое, - смутившись больше прежнего, она погладила корешок книги, провела пальцами по тисненому рисунку. - Так жаль ее прятать, не могу дождаться вечера, чтобы начать читать. Еще раз спасибо, это чудесный подарок.
Колокол в костеле неподалеку отзвонил десять часов, и Агата, очнувшись, вспомнила, зачем сюда пришла.
- Нам пора, еще чуть-чуть и опоздаем.
Как она и ожидала, улица заканчивалась темным тесным тупиком, в котором застаивалась дождевая вода и наверняка водились крысы - Агата изо всех сил старалась об этом не думать.
- Знаете, большое счастье, что у вас дома нечего есть. Я ужасно трансгрессирую, трясти будет сильно. Возьмите меня за запястья, да, вот так, это надежнее. Крепче, не бойтесь, мне не больно.
Агата трансгрессировала без предупреждения, и спустя пару удушливых мгновений они оказались посреди унылого осеннего поля. Куда ни посмотри, со всех сторон лишь низкое серое небо и вязкая после дождливой недели земля. Ни дерева, ни кустика, ни пучка сухой травы - совершенно лысая низина. Хуже сейчас, наверное, только на болотах. Вот почему бы им не построить штаб в Татрах?
- Мы недалеко от Кракова. Тут много защитных заклинаний, нельзя трангрессировать прямо к воротам, придется немного пройтись. Как смотрите на такую утреннюю прогулку? - хмыкнула она, с каждым шагом все больше опираясь об учтиво подставленный Славеком локоть.
Пока было время, Агата предложила продолжить свой рассказ о волшебном мире. За пару недель у Славека накопились десятки вопросов, и завязался такой живой разговор, что они не заметили, как вышли к длинному забору, за которым виднелись небольшие домики, больше похожие на сараи и хлева, чем на главный волшебный штаб.
С грустной ноткой в голосе, думая, что они теперь уж точно вряд ли увидятся, Агата произнесла:
- Удачи, Славек. Знаете, я теперь тоже каждый раз буду надеяться, что меня отправят провожать именно вас.
До того, как он подхватил бы ее руку, чтобы просто по-светски поцеловать воздух над ней, Агата в необъяснимом порыве на пару мгновений крепко сжала его ладонь. С ее стороны жест был двусмысленным и даже дерзким, но она бы и не подумала его устыдиться - была уверена, что Славек не может понять ее неправильно. С ним было легко и уютно даже когда по щиколотку тонешь в вязком осеннем поле, и лучшего способа сказать это Агата не знала. Как жаль, что их ладони разделяли перчатки.
Уже попрощавшись мысленно со Славеком, Агата была готова оставить его здесь и возвращаться в Варшаву, но тут у ворот появился тщедушный лысеющий мужчина с длинным пергаментным свитком в руках:
- Пани Левандовска и пан Завадзки?
- Да.
- Пройдемте, вас уже ждут.
- Нет, я просто его сопровождаю, я должна возвращаться обратно.
- Пани, вы есть в списке, я не могу вас отпустить. Пройдемте, пожалуйста, разберетесь на месте.
Не понимая, что происходит, Агата последовала за стражем. Возможно, еще не пришло время прощаться со Славеком, и от этой мысли ей ужасно захотелось обратного. Какой же глупой она выглядит после своих неуместных сентиментальностей.
[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/385-1WgL2mplkZ.jpg[/avatar]

Отредактировано Ginny Weasley (13.07.2016 08:33:18)

+1

12

Мир, о котором вдохновенно рассказывала Агата, казался ещё более неправдоподобным здесь, в этом бесцветном унылом краю, пропитанным сыростью и тоской, укрытом свинцово-тяжёлыми облаками. Славек подумал между прочим о том, что по словам её прямо здесь и сейчас было много неких заклинаний, и, может быть, она могла их видеть - он робел спросить об этом, ведь вопрос мог показаться ей чрезвычайно глупым. И о том, как трудно поверить в это. И в то же время легко - очень легко было поверить, что миру магии принадлежит эта девушка - в ней действительно было нечто волшебное, но Славек не обманывался: он видел и других магов, и те выглядели совершенно обычными людьми. Волшебство Агаты было её личным, особенным даром.
И теперь, когда ему передалась её взволнованная неловкость, ему самому сделалось не по себе, и таинственность встреченного ими мага, вооружённого списком на странной бумаге, которой, похоже, пользовались все волшебники вместо обыкновенной, показалась Славеку подозрительной и едва ли не зловещей.
Ему хотелось переглянуться с Агатой, но для этого они были недостаточно близки, и именно потому она сейчас переживала. И взять её за руку, вернув то самое пожатие, он не мог, опасаясь, что тем заденет её ещё сильней. Так что шли они, не касаясь друг друга, друг на друга не глядя и, похоже, оба из-за этого только страдали.
Возможно, Агата догадывалась о том, для чего их вызвали обоих, но он не мог даже вообразить: слишком мало был Славек знаком с этим странным миром. До сих пор ему виделось, будто волшебники помогают бесчарным, - вроде бы, так называли маги подобных ему, - но сами всё же живут в каком-то особенном, отдельном краю, где беды и проблемы обывателей имеют не так уж много значения. Но, судя по всему, задание, которое предстоит получить им с Агатой, задумано именно волшебниками. А значит, для них общая борьба обрела большее значение. Даже если раньше это было не так - что-то изменилось.
В противу пейзажу, оставленному ими за порогом, внутреннее убранство штаба нельзя было назвать унылым и скучным. Возможно, волшебники привыкли к такой обстановке: при всей скромности того места, где они с Агатой встретились впервые, оно тоже несло на себе отпечаток чего-то сказочного. К слову, одет встретивший их человек тоже был необычно: такого Славеку ещё не приходилось встречать. Может быть, потому, что в прошлый раз он вступил в мир магии в сердце города, и волшебники вынужены были выходить оттуда на обычные улицы, заполненные простецами, а здесь они были в своём собственном замкнутом мирке. Мужчина со свитком был облачён в длинную мантию, по подолу расшитую какими-то незнакомыми знаками. Для того, чтобы сделаться совсем звездочётом с картинки в книге сказок, ему недоставало только остроконечной шляпы и длинной бороды.
Славеку хотелось поделиться своими соображениями о моде волшебного мира с Агатой, чтобы услышать, что он прав, а заодно - подробности, о которых он знать пока не мог. Но, обернувшись к ней, он вспомнил об их бессмысленной игре в молчанку, и слова помертвели у него на языке. Он отвернулся, досадуя сам на себя. И едва не врезался в спину звездочёта, как раз в этот момент остановившегося перед высокой деревянной дверью.

0


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Неоконченные эпизоды » Rozum i wiara


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC