Hogwarts: Ultima Ratio

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Завершённые эпизоды » Pubs and dungeons


Pubs and dungeons

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

http://s5.uploads.ru/t/ch4aN.gif

- дата: 25.03.1998
- место: паб "Кабаньей Головы" и дальше
- участники:Jerome de la Roche, Evelyn Rainsworth, Solange Zabini
- внешний вид: соответствующий обстановке
- краткое описание: По причине рода своей деятельности Жером часто попадает в непростые ситуации. Но вот конкретно в этой у него появится надежда на спасение. Точнее целых две надежды. Если, конечно, первая не сочтет нужным оставить все так, как есть.

+3

2

Приятный полумрак был неотъемлемой частью атмосферы в «Кабаньей голове». Он служил не только для того, чтобы придавать помещению приятную романтическую атмосферу, ведь мы не покривим душой, сказав, что влюбленных в пабе в тот вечер не было, но и для того, чтобы прикрыть некие изъяны в архитектуре. Жаль только, что полумрак не был в силе замаскировать запах, доносившийся то ли от некоторых посетителей, то ли от самих стен, впитавших запах посетителей и пролитых спиртных напитков.
Впрочем, завсегдатаев подобных мест не волновали такие мелочи.  Они приходили в паб не производить впечатление, а заливать горе, вести пространные беседы о капусте и смысле жизни, играть в азартные игры на нелегальные яйца драконов и грустить по своей некогда свежей печени.
Жером де ла Рош не имел ничего против таких занятий и считал, что каждый может пахнуть так, как ему заблагорассудится, но он обязательно должен учитывать при этом последствия своего выбора. Сам француз в студенческие годы посещал подобные места достаточно часто, деля литр или пять со своим товарищем по учебе Селестеном. Но обстоятельства изменились и теперь он предпочитал соответствовать уровню предлагаемых услуг. Конечно же, Жером не мылся так часто и тщательно, как какой-то там маггл, но парфюмом побрызгаться забывал редко.
Сделка, которую ему предстояло заключить в «Кабаньей голове» пахла почти также, как вошедший любитель орков, который присел за барную стойку, что-то угрюмо заказал, а затем принялся оглядываться по сторонам.
В нормальной ситуации ла Рош не стал бы заниматься дурно пахнущим делом, но он намеревался расширить круг знакомств в сфере редких магических существ и этот случай как раз сулил такие знакомства. Впрочем, перестраховаться не помешало бы.
Подозвав к себе жестом молодую невысокую девушку, которая, судя по подносу, тут работала, Жером доверительно улыбнулся и произнес.
- Любезная, принесите мне то, что тут обычно заказывают два раза и  вот еще что, - он пригласил девушку склониться ближе, улыбаясь так обворожительно, как только мог, а, когда та выполнила просьбу, заговорил дальше тихо и быстро, - вам же наверняка хочется подзаработать? - Жером сделал небольшую паузу, но, не дав возможности отказаться, продолжил. – Ничего особенного делать не нужно. Вы только посмотрите за выходами в пабе и сообщите мне о подозрительных типах, которые предположительно могут совершить что-то криминальное в направлении моей персоны. Вам нужно будет только взять у меня вот это, - он указал на кольцо на своем пальце, - и некоторое количество галлеонов, больше чем полагается за выпивку, а затем просто прошептать в кольцо о своих догадках и я буду оповещен. Ну же, решайтесь.
Долго разглагольствовать было некогда, ведь его возможный деловой партнер мог появиться с минуты на минуту, поэтому Жером решил принять быстрые предубеждающие действия. Кольцо, которое ла Рош принес с собой, было не только изысканным украшением, но и состояло с тесной любовной связи с небольшой брошью, которая больше была похожа на иголку с небольшим драгоценным камнем, и была приколота к его пиджаку. Обычно маги считали эту любовь к украшениям  признаком намеренной демонстрации своего состояния, но Жером ничего не делал просто так. Кольцо было связано с брошью и активировалось совершенно определенным словом, как и брошь. Так, сказав заветное слово, девушка из паба могла предупредить Жерома об опасности, а он (и только он) услышал бы ее. Впрочем, эта необычная пара могла действовать и в обратном порядке, но этого никогда еще не требовалось.

+2

3

внешний вид

Шея, грудь и плечи надёжно замотаны шарфом, поверх юбки повязан фартук.
http://s7.uploads.ru/t/vxFMR.jpg

Заманчивые предложения. Да что вы, однако, знаете о заманчивых предложениях? Или, если уж на то пошло, удачных стечениях обстоятельств? Устраиваясь на работу в "Кабаньей Голове", Эви как-то ни разу не задумывалась о том, что её присутствие может принести хоть что-то полезное, не считая весьма скудной оплаты труда да непосредственной близости к туннелю, ведущему в Хогвартс. Но это было до того дня, когда на пороге объявился самый что ни на есть чистокровный волшебник, с самыми что ни на есть чистокровными усиками (потому что исключительно чистокровным семьям настолько многое сходит с рук), и уселся прямо посередине помещения, казалось бы, даже не пытаясь влиться в атмосферу. Со смешением недоверия и ожидания, незнакомец осматривался по сторонам, вестимо, в поисках человека, который сейчас будто бы уже готов был подсесть к нему за столик.

"Ну надо же, сегодня твой день, дорогая. Не упусти его, не упусти." В пабе было на удивление пусто, что, на самом деле, скорее расстраивало. Как же ей, интересно, было незаметно оказаться рядом с подносом, если вокруг не было ни единого столика, за которым хоть кто-то мог что-то заказать? Тем не менее, уверенно вцепившись в собственный поднос, как копающий цепляется со всем желанием жить в спасательный круг, Рейнсворт начала уверенное приближение в ухоженному мужчине, лавируя меж льдинами как лосось меж камнями. Каково же было её удивление, когда мужчина, вместо того, чтобы закончить заказ, решил ещё и попросить её об услуге. Ах, вот она, ворона, роняющая свой сыр прямо в пасть проголодавшейся лисы под деревом. Жаль, что Эвелин никогда и не удосужилась прочесть эту сказку.

- Ой, нет, ну что вы, это звучит как-то опасно... - Обратившись к лицу, полностью лишённому бремени интеллекта, Рейнсворт насторожённо надувала щёчки, раскачиваясь на одной ножке так, будто бы она действительно разрывалась в страшной дилемме. - А вы точно не занимаетесь ничем... ну... - Она осмотрелась по сторонам, будто бы опасаясь быть подслушанной, и наклонилась к мужчине, едва прошептав ему на ухо, - незаконным? - И тут она выпрямилась, словно бы только сейчас сообразив, что этот шёпот мог бы показаться слишком зловещим, а со стороны - слишком подозрительным. Однако же, с таким мастером маскировки, как Жером, опасаться оказаться неразгаданными действительно не стоило. - А то если опасно то я не буду... а хотя... нет ну может... - она заострила внимание на кольце, изучая его мягкие линии. Наверное, фамильная реликвия. Однако же, сейчас даже прохудившийся ботинок чистокровные семьи пытались как-то связать с Салазаром Слизерином и постараться поставить его если не на постамент, то в рамочку. - А хотя давайте. Но деньги вперёд! А я пока принесу вам "Дьявольский Глаз".

"Дьявольский Глаз" был, скорее, ещё более пугающим, чем врезавшиеся в воспоминание усики, которые непременно ещё будут следовать за Эвелин в самых её ужасных кошмарах. Единственная причина, по которой его заказывали дважды, это потому что считали, что первый напиток был непременной случайностью. В ликёр кроваво-красного цвета, смешанный с мелко порубленной мятой, добротный бармен разбивал... сырое яйцо. Наивные заказчики, оценив ликёр, считали, что яйцо там оказалось случайно, и посему представляете себе их удивление, когда... А, в общем-то, она готова была увидеть удивление её нового таинственного посетителя уже и сейчас, поставив перед ним зловещий красный коктейль, из которого желток яйца смотрел мужчине прямо в душу, не иначе. Оставив Жерома диву даваться от этого произведения искусства, Рейнсворт уверенно протянула руку ладонью вверх, пальцами явно выражая, что она готова получить и кольцо, и свои завещанные галлеоны, прямо сейчас и ни секундой дольше.

+1

4

Жером относился к простакам неоднозначно. С одной стороны, их легко было надуть, а, с другой, их реакция иногда оказывалась непредсказуемой. Вот и сейчас, глядя на официантку, он думал о том, что та понимает под незаконным. Скорее всего, ее спектр законного и морально допустимого не так широк, как его, поэтому выбирать ответ придется тщательней. А вот в тотальной и непроходимой глупости девушки, Жером сомневался, иначе не просил бы ее, иначе она не разыгрывала бы святую невинность, алчно глядя на кольцо. Было у него на этот счет какое-то чутье, сосало где-то под чакрой.
- Ничего криминального, просто знакомый, который мне должен, а отдавать не хочет, – доля правды в этом была, этот человек действительно должен был Жерому, но не денег, а встречу. - Поговорим с ним, все спокойно решим. Ты, главное, за выходами следи и за другими посетителями, – он еще раз взглянул на девушку и продолжил, - половину сейчас, половину после. С кольцом сбежать не получится, оно привязано к другому предмету и я его всегда смогу найти, так что даже не пытайся.
Официантка получила свои деньги и чужое кольцо, а затем удалилась. Жером же принялся смотреть в свой «Дьявольский Глаз», точнее, судя по названию, глаз принадлежал не ему, а Дьяволу, кем бы тот ни являлся. Наверняка было обидно так вот распрощаться с глазом, возможно Дьявол все еще чувствовал его, все еще видел им. Правда картина, которая представилась ему, состояла в основном из подбородка, усов и ноздрей. «Наверное грустно видеть что-то подобное каждый день,» - подумал де ла Рош, а когда оторвал свои глаза от глаз того самого Дьявола, которого становилось уже слишком много в этой истории, заметил крепкого высокого мужчину в длинном плаще, грязных сапогах и шляпе с широкими полями.
С полей капала жидкость страшно похожая на дождь, а сапоги оставляли после себя грязные следы. Мужчина пах бундименом и этим самым обещал тот самый выход на рынок магических существ.
Жером потер руки и пододвинул к огромному мокрому человеку его напиток.
- Чем порадуешь? – поинтересовался француз, а потом мимо него пролетело то самое яйцо, которое, судя по всему, не пришлось по нраву гостю.
Завязалась беседа. Со стороны она выглядела как что-то совершенно обыденное, иногда даже казалось, что Жером говорит сам с собой, а его виз-а-ви просто нехотя слушает. Тень, которая так удобно падала на лицо гостя паба, скрывала проявление его эмоций, выдавая участие в происходящим лишь редким шевелением губ.
Все шло своим чередом. Клиенты беседовали, пахнущий троллем волшебник с туповатым лицом пил свое пойло, затем встал, спросил, где тут туалет, пошатнулся и рухнул на официантку с новеньким кольцом. Пришел в себя он не сразу, а, когда все-таки это случилось, расшаркался в извинениях и пожаловался на какую-то редкую аллергию на бундименов, ссылаясь на то, что он посетителя в шляпе ими несло на милю. Впрочем, это было уже не так важно, ведь ни того посетителя, ни Жерома в пабе уже не было.

+2

5

“Дьявольский глаз” мог бы быть именем Соланж, родись она индейцем - углядевшая коварство и подвох в утренней улыбке мужа и том, как он с особой тщательностью повязывал галстук у зеркала, она действительно заслуживала это почетное звание. После заключения пакта о ненападении (точнее, ограничении нападений), ее с  Жеромом брак напоминал неспешную прогулку по озеру на лодке. При этом, правда, лодка периодически переворачивалась и кто-то из них начинал тонуть, либо легкий бриз сменялся ураганным ветром, а издали отчетливо слышался топот всадников Апокалипсиса, но в целом семейная жизнь была вполне безоблачной. И даже подозревать благоверного в том, что он собирается так тщательно не по делам, а срывать цветы порока, Забини как-то не хотелось, но факты были налицо - вместе с дорогим парфюмом Жером пах интригой. Или интрижкой? Письмо, выглядывавшее из кармана его пиджака, выглядело очень подозрительно и издевательски благоухало, когда де ла Рош откланялся до вечера, что давало мадам Забини полное право тихонько его спереть во время прощальных объятий. Записочка была немногословна - “Кабанья голова, сегодня, ждите”.
Первым делом Соланж расстроилась, вторым - отзавтракала мартини с двумя оливками и потребовала приготовить свою широкополую шляпу - еще под влиянием первого мужа она прониклась любовью к головным уборам, бизнес Кальпернии же и скидка в 50% в ее бутике это увлечение лишь катализировало. Скрываясь под полами шляпы, мадам Забини трансгрессировала к Мерлином забытой забегаловке и приготовилась к худшему.
“По крайней мере, это не отель “Four magic seasons”, - попыталась успокоить себя Соланж, ожидая встретить Жерома в объятиях роскошной белокурой польки с шестым размером груди - почему-то именно так она представляла себе ту, с которой ее муж мог светски развлекаться. Место, однако, к рандеву не располагало, начиная от мрачно жующей за изгородью возле входа в Голову козы весьма плотоядного вида до запаха отнюдь не фиалок в самой таверне. Прикрыв нос кружевным надушенным платком, Соланж все же села за столик поодаль и огляделась по сторонам - следов Жерома видно не было, пышных полек также не наблюдалось, зато в центре зала разворачивалась любопытная сцена из двух участников - миловидной официантки и господина, у которого возникли проблемы в отношениях с гравитацией. Все бы ничего, и мадам Забини была готова даже подать официантке платок помощи, пока не заметила у нее на руке любимое кольцо Жерома. Левый глаз Соланж предупреждающе дернулся.
- Мсье, у меня с этой юной леди намечается серьезный разговор, вы не были бы так любезны с нее слезть? Я украду ее буквально на пару секунд и верну. Возможно, правда, в слегка неполной комплектации, - пообещала Соланж, выдергивая Эвелин из-под посетителя. Указав на стул напротив своего, женщина уселась с видом капитана полиции и строго посмотрела на Рейнсворт.
- Я задам тебе всего один вопрос, и от твоего ответа будет зависеть, потребуется ли тебе больничный лист и искусственный глаз. Откуда у тебя это кольцо и где сейчас его владелец?

+2

6

Попытка разговорить странного (а для Кабаньей Головы это было считай лучшим комплиментом) молодого человека увенчалась успехом. Но не в словах, которые он произносил, а в том взгляде, которым он её окинул за долгие секунды молчания, взвешивая, сколько ей можно было рассказать. Ещё немного, и Эвелин бы наверняка приподняла бровь. Что, интересно, он так боялся рассказать девушке, которая работала официанткой в самом сердце контрабандного кольца? "Неужели вы собрались провернуть нечто хуже того, что итак здесь происходит?" А вот сейчас ей стало действительно интересно. Несмотря даже на то, что подобное поведение вполне могло бы обозначать обычного параноика, который никогда не был в Кабаньей Голове и страшно боялся нападения одного из посетителей на собственную персону.

Рассматривая причудливое колечко, едва не спадающее с её тонкого пальца, Эвелин ждала, когда выдастся хоть какой-нибудь шанс на то, чтобы пройти мимо с подносом. И пару раз она даже протёрла посеревшей да пожелтевшей от грязи тряпкой уже давно протёртый стол совсем рядом с их беседой, но не слышала ровным счётом ничего, что могло бы быть важным. "Только время, мне кажется, я и потратила". А иные силы, судя по всему, времени просто так не теряли. И только стоило законам физики отойти на обеденный перерыв, нерасторопно повалив на несчастную девушку мертвецки пьяного джентельмена, как игра приняла совершенно иные обороты. И, на самом-то деле, лучше бы она провалялась под благоухающим всеми ароматами протухшего белья пьяницей, чем испытала на себе гнев мадам Забини. Однако же, в свете последних событий, она даже и не успела обратить внимания на её слова.

- Исчез! - Взвизгнула Эвелин, на всякий случай хватаясь за неустанно спадающее кольцо, что со стороны выглядело так, будто в её жизни не было ничего дороже и прекраснее, не иначе. Незнакомка, лицо которой по какой-то странной причине показалось знакомым, что-то говорила, а Рейнсворт чуть было не сломала шею, осматриваясь по сторонам в поисках хоть следа пропавшего Жерома. Судя по размеренному спокойствию окружающих и совершенно не связанным с таинственным похищением разговорам, мужчины действительно провалились сквозь землю. - Кольцо это подарок, - отрезала она, на всякий случай прикрыв его ладонью правой руки. Бедняка, она-то думала, что её обвиняют в воровстве. Кто бы мог подумать, что лучше бы её искал весь аврорат за хищение фамильного артефакта, чем одна рассерженная Соланж.

- Послушайте, вы ведь только вошли. Вы ведь были рядом, разве нет? Вы не видели мужчину, он сидел прямо за тем столиком. - Озарение снизошло на неё как мана небесная, и Рейнсворт указывала с несравнимой энергией на внезапно опустившийся столик со следами расплывающегося по дереву сырого яйца. - Акцент такой французский, знаете? Странно "р" выговаривает и звук "х" перед каждым словом начинающимся с гласной подставляет. - Как будто, конечно, хоть какой-нибудь англичанин не знал, как звучит акцент, который резах по уху каждому, что хоть время от времени слышал чистую речь. - Ах, ну конечно. Усики. Противненькие такие усики, знаете, вот так вот они у него приглажены, - со всей грацией взволнованного гуся, она принялась показывать над верхней губой усы, вот только сидящая перед ней казалась совершенно непробиваемой. Или неумолимой. "Наверное, у неё плохой день. Наверное, ей нужно выпить. Всем нам нужно время от времени просто хорошенько напиться." И только осознав эту простую истину человеческой жизни, она заметила как навалившийся на неё пол минуту назад алкаш уверенно направляется к выходу.

- Эй! - Воскликнула она, замечая оборачивающиеся на её высказывания головы. А незнакомец, лишь подправив полы своего плаща так, чтобы они закрывали лицо, лишь ускорил свой шаг. Забыв и про странную девушку с её искусственным глазом да больничной койкой, не особо задумываясь даже о том, чтобы убрать несчастное яйцо со стола (а оно, небось, придаст Кабаньей Голове только больше шарма, Аберфорт бы оценил бизнес-ход), Эвелин рванула за незнакомцем. То, что он был сообщником похитителя, можно было бы заметить хотя бы по тому, что сейчас он, нервно оглянувшись за спину, перешёл на бег. - Остановите этого мужчину!

+2

7

- Подарок, - повторила Соланж таким ласковым голосом, которым обычно спрашивают, желаете ли вы остаться без ноздрей или пальцев на ногах перед тем, как отойти в мир иной. Сомнений не было - описание, которое ей предоставила официантка, совпадало со светлым образом ее дражайшего супруга, но вопросов от этого лишь возникло еще больше - давно ли он при живой жене разбрасывается кольцами, кого он привечал в этом притоне и почему тот странный тип дал деру, стоило Соланж расцепить их с официанткой объятия. Еще на границе сознания маячило совершенно несвоевременное, но очень просящееся быть озвученным замечание о том, что эта пигалица ничего не смыслит в акцентах и усах, но об этом Забини решила сообщить Эвелин уже когда разберется со всем происходящим.
- Где он? Ну-ка стоять! - ситуация складывалась до нелепости комичная - официантка то ли выбрала преследование сбежавшего алкоголика предлогом для того, чтобы слиться с места преступления, то ли он действительно не оплатил счет (или не подарил ей еще одно кольцо, раз тут так принято), а Соланж, в свою очередь погналась за ней как за источником информации (ну и чтобы отобрать реликвию, в конце концов). Их с Эвелин и неизвестным мужиком “веселые старты”, несомненно, оживили декадентскую атмосферу “Кабаньей головы”, но стоило им выскочить на улицу друг за другом, в помещении вновь воцарилась привычная атмосфера.
Шляпу Соланж потеряла в погоне, и сейчас, как полагается ведьме, растрепанная, хоть и без метлы, гналась за то ли воровкой, то ли разлучницей, попутно придумывая способы разрешения семейного конфликта с Жеромом. “Я от него одни усы оставлю!” грозно подумала женщина, настигнув наконец официантку и схватив ее за руку.
- Хватит морочить мне голову, говори немедленно, куда пошел усатый француз и как ты получила его кольцо! - строго приказала Забини, пожалев, что в зоне доступа нет трости госпожи Кальпернии с набалдашником, внушавшим ужас всем, кто не умел делать гран-плие.
Но Рейнсворт не потребовалось отвечать - вместо нее заговорило, собственно, само украшение.

+1

8

Обхитрить Жерома де ла Роша было задачей не из легких, но все же возможность такая существовала. Вращаясь в кругах не очень надеждых и держащих свое слово через раз, по вторникам или если рак был в луне, волшебник был вынужден принимать всяческие меры предосторожности, которые позволяли ему выйти сухим из воды.
Но это был не тот случай. Стоило ему увлечься обсуждением, как произошло... Честно говоря, он и сам не понял, как это случилось. Почувствовав легкое недомагание и внезапно осознав, что глаз Дьявола смотрит прямо на него, да к тому же подмигивает, Жером прикрыл глаза буквально на секунду, чтобы избавиться от наваждения, а затем провалился в какой-то вязкий и жуткий сон, сквозь который невозможно было понять, что происходит с его телом.

Странные фантасмагории заточили Жерома в их с Соланж дом, который почему-то оказался небольшой хибарой высоко в горах. Выйти из дома не представлялось возможным, т.к. в нем не было ни окон, ни камина. Соланж выглядела как сельская кухарка, а ее бабка с африканскими корнями, ожив, сидела у окна и жаловалась на сырость. Сам волшебник не мог пошевелиться, т.к. был привязан к стулу, возле которого стояла официантка из бара, методично вливая ему в глотку сырые куриные яйца. Всего на секунду официантка остановилась, чтобы дать возможность пятерым детям четы Забини-ла Рош поздороваться с отцом. Дети были разнополыми, но неизменно выглядели как Блэйз. Самый младший из них подбежал к родителю и со всей силы влепил тому пощечину.
- Просыпайся! – грубо заявил малыш и тут же превратился здоровенного мужика, от которого несло горним троллем.

- Блэйз? Что ты тут делаешь? Ты должен быть в школе, - пробормотал Жером, а затем поднял тяжелые, будто налитые порядочной порцией бренди, веки.
Во рту пересохло так, что даже причмокивания не помогли. Голова раскалывалась при полном отсутствии воспоминаний о приятно проведенном вечере, а это значило, что он тут не по своей воле.
- Уважаемый, что вы изволите нести? – поинтересовался сладкий, а от того противный, голос. – Здесь нет никакого Блэйза, только мы, ваши покорные слуги, - голос хихикнул.
Он принадлежал тому самому деловому партнеру, который и завлек Жерома в эту западню. Сознание еще не вернулось в звенящую сотней колоколов голову, но рефлекс все же сработал, ла Рош одними лишь губами произнес то слово, которое активировало брошь. Благо оно осталось незамеченным, зато крохотная надежда на то, что его услышат на том конце линии связи расцвела будто прекрасный пион.
- А хорошее я средство достал у того маггла, да, Вшивс? Они хоть и мало на что годятся, зато зелья у них неожиданные... апчхи, – снова заговорил мрачный здоровяк.
- Сколько раз повторять, Алистер, не назывывай меня по имени!
- Но ты же сам назвал меня по имени...ааа...апчхи.
- Тогда, полагаю, больше нет смысла его скрывать. Заткнись, Алистер.
В этом месте Жером решил, что ему пора вступить со своим веским словом.
- Господа, если дело в деньгах, я уверен, мы сможем договориться. Нам с вами совсем не нужно доходить до крайностей...
Призыв этот не возымел должного эффекта, а лишь разозлил здоровенного Алистера, который и так был изрядно обижен, судя по злобным чихам.
- Я тебе сейчас дойду до крайних мер, я тебе сейчас покажу, как не принимать приглаглашения на семейные встречи...апчхи.
Гора мышц надвигалась на ла Роша, угрожающе помахивая палочкой.
- Цыц! – мелкий, но проворный Вшивс, лицо которого отдаленно напоминало лисью морду, перекрыл дорогу своему партнеру. – Ты же знаешь, что еще не время. Мы сделаем все правильно и тогда получим награду. И тогда восстановим нашу честь.
Кажется, это возымело эффект потому, что громила успокоился и согласно кивнул Вшивсу.
- Какое приглашение? Я получаю сотни приглашений. Если бы мы с вами только обсудили ваши притязания...
К сожалению, ничего больше сказать не удалось потому, что он получил еще одну пощечину, а похитители удалились в соседнюю комнату, плотно закрыв дверь.
Руки Жерома были связаны за спиной, вернуть достоинство уже не представлялось возможным, теплилась лишь слабая надежда на то, что он сможет что-то разглядеть в окно, которое было слишком узким для окна и больше походило на вентеляционное отверстие почти у самого потолка.

о кольце

Вы можете слышать то, что говорит Жером, и то, что происходит вокруг него в непосредственной близости (т.е. все диалоги). Также вы можете передавать ему сообщение, которое услышит только он.

+1

9

Взволнованность подступала к горлу, сворачиваясь в нём неприятным комком. Неужели мужчину действительно похитили? Вот так вот, среди белого дня? В Кабаньей Голове случалось всякое - заказы на убийства, контрабанда якобы вымерших существ, и даже зачарованные карты, что раскладывали сами себя. И, несмотря на это, похищение здесь происходило впервые. Либо так, либо Эвелин пришлось бы впервые в жизни усомниться в собственной наблюдательности. И надо же ей было именно в этот момент оказаться с его кольцом. "Наверное, кто-то прочувствовал в нём слабое звено и решил разжиться... Но чем? Попросить за него выкуп?"

Странная женщина, что действительно зашла совсем не за выпивкой, почему-то сочла своим долгом бежать вслед за Эвелин по пятам. Стоило последней только рвануть за сообщником похитителя, как незнакомка тут же побежала вслед за ней. Видимо, сильно приглянулось ей это кольцо. "Гриндилоу вас подери!" Вдыхая в себя холодный воздух, не успев накинуть на плечи мантию потеплее, Рейнсворт продолжала бежать, выхватывая по пути палочку, направляя её на не успевшего аппарировать мужчину, что бежал явно слишком ровно и бодро для алкоголика. Одно невербальное заклинание "импедимента", и мужчина рухнул лицом прямо на землю с грацией выброшенного на берег кита. Уж кто бы знал, что её в этот же момент схватит за руку та самая женщина.

- Да отстаньте вы от меня! - Вскричала она, выхватывая свою руку из захвата. - Не хватало мне похищенного мужчины, так ещё и какая-то чокнутая дамочка бегает за мной по пятам и спрашивает про кольцо! Нет, оно не продаётся! - По правде говоря, сама Эвелин ещё не до конца понимала, что её дёрнуло в принципе влезть не в своё дело. А вдруг это похищение было обычными разборками приспешников Тёмного Лорда? Или же чьей-нибудь странной шуткой? Во всяком случае это бы объяснило посетительницу, что как начала вечер с угроз, так ими, вероятно, этот вечер и закончит. Надо же было так попасть - они только-только познакомились, а её уже не любят. Но посетитель выглядел так невинно, так уязвимо... В отличие, конечно, от темнокожей фурии. Как можно было его бросить?

Кажется, что далее убеждать Соланж в том, что её мужа действительно похитили, причин не было. Кольцо, которое Эвелин так удачно держала перед собственным носом после того, как вернула себе захваченную руку, заговорило само. Причём заговорило аж тремя голосами, блекло светясь изнутри, стоило кому-то что-то произнести. Изобретение подобного артефакта, способного передавать происходящее на расстоянии, было настолько неожиданным, что на секунду Рейнсворт успела даже позабыть, что это значит. Судя по словам, вполне возможно, что похитили мужчину совсем не ради выкупа. А значит, больше у неё не оставалось времени на обсуждение того, что именно она делала с этим кольцом. Тем более что она так и не успела понять, почему должна была хоть что-то объяснять этой незнакомке, что начала сыпать своим гневом направо и налево ещё до того, как представилась. Эви не утопала в ложных надеждах - она знала, что многим успела прищемить хвост. Но, насколько она могла вспомнить, не ей.

- Эй, ты, - она подошла к мужчине, который, судя по всему, пытался от них сбежать, и схватила его за отворот мантии. Наверное, со стороны это выглядело убедительно, а на деле его тело оказалось гораздо тяжелее, чем Эвелин казалось, и у неё в первые же несколько секунд начала уставать поясница. - Кто такие Вшивс и Алистер и за что вы похитили несчастного усатого мужика? Отвечай быстрее, потому что с каждой минутой ты рискуешь потерять за правом посещать Кабанью Голову ещё и моё терпение. - Время действительно было не на стороне мужчины. С одной стороны, конечно, потому что Эвелин никогда не отличалась терпением. С другой, потому что у неё теперь за спиной начинал болеть ещё и бицепс.

+3

10

За свою жизнь Соланж прошла через достаточно препятствий, чтобы считать себя сильной женщиной. Она жила два месяца в пустыне, крестила сына под хоровод живых мертвецов в Трансильвании, ее вместе с кораблем захватывали пираты, а в Индии ей как-то довелось повздорить со слоном. Если припоминать более незначительные события, вроде трудного детства, шестикратного вдовства и брата, медленно, но верно расхищающего ее коллекцию антиквариата, то Забини искренне становилось неясно, почему ее имя еще не занесено в учебник истории магии в раздел сильных женщин и примеров для подражания. И сейчас, допрашивая официантку, она изо всех сил старалась себе напомнить о том, что сильные женщины не опускаются до ревности и не натягивают ноздри предполагаемых любовниц мужей на флагшток. К тому же, эта полоумная явно вела себя не как застигнутая врасплох. "Может, она только покрывает адюльтер, а на самом деле Жером сейчас..."
Где Жером был сейчас, дало в ту же секунду понять кольцо, и то, что оно, как радиоприемник, вещало, мало походило на светские развлечения с профурсетками. Соланж отчетливо слышала голос мужа и могла различить в нем нотки беспокойства, тщательно прикрываемые акцентом и напускным весельем. И пока Рейнсворт допрашивала взявшегося буквально из-под земли типа, в голове Забини шевелились мысли. Было очевидно, что ее благоверный влип, а также что кольцо это является чем-то вроде радионяни. "Если только все это не один большой розыгрыш, который точно станет последним в его жизни", - подумала Соланж, шарахнув заикающуюся жертву официантки заклинанием обездвиживания. Тот на эмоциях потерял сознание.
- Жером! Жером, мой круассанчик, ты слышишь меня? Я здесь, дай мне только добраться до тебя. Никто не смеет причинять тебе вред, кроме меня, mon amour! Где ты находишься, кто тебя похитил? Я вытащу тебя оттуда, клянусь радикулитом Кальпернии! - со свойственной ей горячностью пообещала мадам Забини. Кольцо молчало, потому мулатка обернулась к Эвелин.
- Слушай сюда, - строго сказала Забини. - Тот усатый господин, что дал тебе кольцо - мой муж. Сейчас он в беде - его похитили. Расскажи мне все, что ты видела, с тех пор как он зашел в эту забытую Мерлином дыру и до тех пор как я тебя не поймала. А этого, - кивнула она на их заложника, связанного и без чувств. - Прибережем в качестве козыря. Вдруг они согласятся на обмен?
Кольцо она все-таки забрала, после чего церемонно оправила платье и пригладила растрепавшиеся кудри.
- Слава Мерлину, его всего лишь похитили. Я уж думала, он настолько глуп, что крутит роман на стороне, - усмехнулась она, обращаясь скорее к самой себе, чем к кому-то конкретному.

Отредактировано Solange Zabini (31.08.2016 23:26:10)

+1

11

Он был похож на паука из-за худых длинных конечностей и больших черных глаз, все ему об этом говорили еще с детства,  а потом прозвище прилипло окончательно.
Паука наняли некие господа, которые заплатили ему определенную сумму галлеонов за диверсию в пабе.  А что может быть лучшей диверсией, чем сбить с ног официантку и разлить по и без того липкому полу паба имеющиеся на подносе напитки? Вот и Паук так подумал.
Вообще-то он уже смывался из Кабаньей головы потому, что ситуация переставала быть веселой, как его догнали две барышни. Одна была одета, как высокородная чистокровка, не иначе, а вторая как раз была той официанткой.
Паук опасался маленьких разъяренных женщин, они напоминали ему садовых гномов, а с теми у него было связано множество неприятных случаей. Поэтому, когда девчушка схватила его за ворот, Паук сжался внутренне и внешне на столько, на сколько это было возможно.
- Кто? Что? Кого? – испуганно пролепетал он, округлив глаза до предела. -  Я выдам их всех и мне даже не обязательно знать, как их зовут,   - потому, что он действительно не знал. - Один был здоровый и все время чихал, а второй пониже, он командовал, – Паук заткнулся.
Он знал, когда нужно вовремя заткнуться, ведь подошла вторая грозная барышня, а от нее он уж точно ничего хорошего не ждал.
- Ооох, – выдохнул Паук, почувствовав как раз то самое нехорошее в виде заклинания оглушения, и грохнулся на землю.

Требовалось всего-то подняться и посмотреть в окно, что при связанных за спиной руках было сделать не так-то и просто. Жером находился в небольшом сыром помещении, в котором из предметов только он и деревянный ящик, наполненный какой-то слизкой гадостью. При ближайшем рассмотрении можно было понять, что масса имеет зеленый оттенок, шевелится и смотрит на волшебника множеством мелких глаз.
Такое колличество бандимунов может убить кого-угодно, если решит, что этот кто-то на них нападает. Интересно, как Вшивс и Алистер их собрали?
За неимением других вариантов, Жером решил попытаться допрыгнуть до окна, расположенного чуть выше его головы. Спустя некоторое время ему все же удалось разглядеть нечто, что напоминало огненные вспышки. Либо неподалеку весело гуляли пожиратели смерти, либо огонь изрыгали драконы.
Страшная догадка оформилась в мозгу ла Роша, но она все же нуждалась в подтверждении. И как раз в этот момент он услышал голос жены. Резко развернувшись, будто увидев ее перед собой, француз испытал такое облегчение, какое сравнимо было с редкими моментами в его жизни.
- Ma chérie, – переспросил он, не веря своему счастью, - ты слышишь меня?!
Но ему никто не ответил и в следующую минуту послышался второй голос, который  принадлежал девочке, что не справилась с осмотром периметра. Видимо кольцо все еще было у нее и работало оно со странной задержкой.
– Я не знаю, когда вы меня услышите, надеюсь, что будет не слишком поздно. Вам нужно отправиться в особняк и посмотреть в ящике для писем, на которые я не отвечал. Ищите приглашение с датой до гибели моей семьи. Не уверен, что это может быть, но там будут фигурировать драконы. Куда бы оно ни вело, я буду там. Торопитесь, они затевают что-то к рассвету... – он сделал паузу, а затем добавил тише. – Соланж, если ты меня слышишь, – он осекся, услышав, шаги и отборную брань за дверью.

спойлер

Если вы решите искать приглашение, то оно будет выглядеть так:

Уважаемый господин де ла Рош,
сердечно приглашаем вас и все ваше семейство во Всемирный драконоведческий заповедник. Здесь вас ждет теплая атмосфера, приятная экскурсия и празднование вечера семи кострищ.

Вы сможете остановиться на ночь в уютном замке отельного типа и порадовать себя чудесами румынской кухни!
Ждем вас к такому-то числу.
Магическая администрауция заповедника и лично заведующий мероприятием
Корморан Тибериус Вшивс

Отредактировано Jerome de la Roche (06.09.2016 17:03:15)

+2

12

Рука предательски начала дрожать ещё даже до того, как с виду такой лёгкий, на самом деле такой тяжёлый, мужчин, начал что-то говорить. Дабы выдать собственную слабость и излишнюю самоуверенность за проявление ярости, Рейнсворт яростно свела брови к переносице, несмотря даже на то, что это, судя по всему, необходимо не было. Паук свернулся калачиком так, будто бы он попытался коленками закрыть от проникновенного взгляда собственное лицо, и показал лишь одно - свой нос ему явно был дороже, чем что-либо ещё. А что это значило? Это значило, что это был совершенно не тот человек. Скорее всего, его как нашли рядом с заведением, так там и заплатили. Но откуда же они могли знать, что их предприятие окончится успехом? Как похитители выбрали именно его?

- Как они нашли тебя? - Не менее грозно поинтересовалась Эвелин, когда заметила, что мужчина, так и не успев поделиться необходимой информацией, просто откинулся. Напряжённо выдохнув и швырнув неудачливого мужчину обратно в смешанный с весенней грязью снег, Рейнсворт медленно, выразительно повернулась на Соланж, отчаянно что-то трепетавшей про то, что у неё пропал муж. Бывает так, что человек не нравится изначально. И что бы он ни сказал, что бы он ни сделал, никогда не сможет реабилитировать его от неудачного первого впечатления. Так вот в данный момент, несмотря на всю чистокровность госпожи Забини, Эвелин готова была ненавидеть и тембр её голоса, и элегантный поворот головы, и даже длину пальцев.

Хотелось бы поинтересоваться, зачем она вырубила несчастного мужчину, что не успел сказать ей практически ничего. Ещё она хотела бы спросить, почему Соланж посчитала, что Рейнсворт, которая уже давно посчитала своим долгом спасти её несчастного супруга, будет укрывать от неё какую-то важную информацию. "Ну мы-то знаем лучше всего, правда? Вот сами бы и шли спасать!" И она сделала то, чего не делала, пожалуй, никогда в жизни. Эвелин выдержала долгую паузу, вздохнула глубоко через нос, и прикрыла уставшие глаза. "Вдох-выдох, вдох-выдох." Надо же, действительно помогло. "Господину де ла Рошу следовало бы отдать мне весь свой кошелёк за то, с кем мне приходится работать."

- Он зашёл в ресторан, сказал, что ждёт с кем-то встречи и дал мне это кольцо, чтобы я по нему могла сообщить о приближении опасности, - как же глупо это, вероятно, звучало, учитывая то, что именно от опасности она его и не удержала. И если Соланж захочется вставить хоть пол слова на эту тему, она точно получит снежном прямо по вот этому вот больно молодо выглядящему для её возраста лицу. - Потом на меня свалился вот этот вот товарищ, а вашего "круассанчика" на тот момент уже не было. А брать этот мешок с картошкой с собой я даже не вижу смысла. - Она даже на всякий случай накинула на него немного снега, словно бы эта горсть могла его закопать и скрыть от чужих глаз. - Его наняли скорее всего прямо на месте, и предложили пару галлеонов за отвлекающий манёвр. Едва ли он представляет хоть какую-то ценность.

И тут ей пришлось замолчать. Из кольца, видимо, с той самой преусловутой задержкой, посыпался голос. Не слишком-то опалённый горестями и печалями, а значит, держали они его пока-что целым, и, вполне возможно, даже невредимым.

- Ну, - Эвелин выставила ручку, словно бы приглашая Соланж на прогулку, - давайте аппарировать в поместье. Если вашего супруга похитили не для выкупа, то, вполне возможно, это будет нашим единственным шансом спасти его. - оставалось только надеяться, что мадам Забини сейчас не оставит официантку прямо здесь же, проникшись взаимной ненавистью. Так или иначе, вдвоём у них шансов было явно больше. - Скажите, а вы знаете, кто хотел бы навредить вашему благоверному?

+2

13

Было совершенно очевидно, что юная работница Кабаньей головы не пребывала в восторге от выпавшей на ее долю кавалькады событий вообще и от вынужденной компании в лице Забини в частности. Соланж же мало волновали переживания девицы, выложившей, наконец, как на духу  все, что ей довелось увидеть. Масла в огонь добавил голос Жерома, давший втянутым в авантюру леди ценные указания по вытаскиванию французских авантюристов из превратностей судьбы. Рассказ ей показался мутным, тревожным и достойным детектива за десять кнатов.  Похищения, произошедшие на ее памяти, никогда не заканчивались ничем хорошим, а от упоминания драконов перед глазами женщины всплыло воспоминание о клочке горелого меха, оставшегося от лемура Тиберюсика - того беспощадно спалил юный дракон Гораций за те несколько часов, что ему довелось погостить в Забини-мэноре. Соланж схватилась за сердце. 
- Нет бы выбрать что-то одно, либо похищения, либо драконы. Но нет, давай сведем свою несчастную жену в могилу! Удивлюсь еще, если там не замешаны вампиры, Гриндевальд и налоговая полиция, - трагично заломила руки мадам Забини, но не нашла в зрителях в лице Эвелин и бесчувственного и бессознательного Паука должного отклика или хотя бы намека на сострадание.
- Скажите, а вы знаете, кто хотел бы навредить вашему благоверному? - спросила официантка, и Забини нервно рассмеялась.
- Дорогая моя, я знаю лишь о десятой части его сделок, и то готова написать список из минимум полсотни человек, кто был бы не прочь повесить его голову над камином! Метод исключения отпадает, - решительно заявила она, шагнула к девушке и взяла ее за руку.
- Эту шваль можешь отпустить, в нем ценности нет, - брезгливо бросила Соланж, кивнув на Паука. - Ну разве что на корм моим игуанам, но у них от такого может случиться несварение.
С этими словами  обе они перенеслись на Остров Безумцев. Особняк встретил их запахом сандала, ленивым переругиванием портрета бабули Соланж с прислугой и криками какаду. В окно холла заглянул белоснежный конь Максимиллиан и неодобрительно фыркнул. Услышав цокот каблуков хозяйки, на пороге возник домоправитель, главный поверенный членов семьи Забини третье поколение подряд и властелин кухни, полуэльф Фернандес.
- Фернандес, собери в рюкзак все, что нужно для экстренных случаев! Не забудь абордажный крюк и бутылку кашасы, - велела Соланж, не сбавляя хода вверх по узорной лестнице по направлению к супружеской спальне. - И плесни гостье чего-нибудь… Она работает в Кабаньей голове, ты там бывал и имеешь представление о вкусах тамошнего контингента. О, кстати,  какой конфуз, - мадам Забини высунула голову из спальни, держа в руках внушительную стопку бумаг, которую ранее извлекла из стола мужа. - Как ваше имя, милочка?
- Есть украинская горилка и рижский бальзам, что будете? - косясь на незнакомку из-под густых бровей рыкнул головастый полугоблин. Поведение хозяйки, казалось, нисколько его не смущало, и, пока он пытался проявить гостеприимство по отношению к Эвелин, в небольшой ридикюль, раскрытый посреди холла, со всего дома слетались и сыпались самые разнообразные предметы, включая упомянутый абордажный крюк, куклу вуду, шерстяной плед и четыре столовые вилки.
- Нашла! - раздался торжествующий крик Соланж, она выскочила на лестницу, сжимая в руке лист с приглашением. - Милочка, допивайте, что вы пили, мы отправляемся в Румынию. Я там бывала лет пятнадцать назад, ужасная дыра, но колоритная! Крестила там сына, ему понравилось. Фернандес, мы с мсье де ла Рошем будем поздно, приготовь барашка! - прощебетала Соланж, плотно обмотав волосы платком и закатав рукава непривычно скромного для нее платья, после чего  протянула руку Рейнсворт.
- О, будьте куколкой, захватите ридикюль, чуть его не забыла! - воскликнула она. Через считанные секунды обе дамы уже аппарировали к драконоведческому заповеднику.

+3

14

Хогвартс, туалет для девочек на втором этаже. Ровно тридцать лет назад.

- Грязь и слизь, еще водица,
Ох наплачешься, девица,
Мальчик он, а призрак ты
Aaaa! Кипят мои мозги!

Поэзия никогда не была сильной стороной Миртл, но посмертное желание нравиться мальчикам поедало ее изнутри, будто червь. Жаль только, что приходится сидеть тут и ныть, не имея возможности покинуть стены школы. Но она могла бы... Она могла бы... Что бы она могла?
- Разорвать его одежду,
Побросать в окошко снежки,
Закопать в саду ботинки,
Снять с трусов его ре...

Дверь в туалет для девочек открылась, вошли двое студентов, в отдалении было слышно их разговор о чем-то запрещенном. Конечно, что же еще они могли обсуждать в таком месте, как это. Один из них повернулся и, заметив приведение, остановил второго говорящего знаком. Он был пониже ростом и слегка напоминал грызуна со своими мелкими ручками и крупными верхними зубами. Второй же выглядел привлекательней, он был высоким брюнетом, хотя и отталкивал выражением лица, судя по которому, ничего хорошего в его голове не творилось.
- Это всего лишь Плакса Миртл, Вшивс, – заговорил рослый ученик.
- Кто это тут плакса? Сами вы плаксы! А я Миртл, – возмущенно заорало приведение и попыталось отпугнуть гнустных мальчишек резкими движениями.
Однако они не напугались, а совсем наоборот. Рослый швырнул в Миртл каким-то предметом и высказался совершенно неподабающе. От обиды и отсутствия вариантов ей пришлось уклониться от удара, который бы все равно не причинил приведению вреда, и спрятаться в одной из кабинок, откуда все еще можно было слышать разговор мальчишек.
- Нет нужды гонять призраков, Алистер, как и заканчивать этот год. Я предпочту академическим успехам звонкую монету и свободу от моральных обязательств, – наконец подал голос и хорек, которого, судя по всему, звали Вшивсом.
- Что будем делать? – кажется, вопрос решения судьбы не заботил Алистера, он занимался отрывание крыльев мухе, которую поймал совершенно недавно.
- Наниматься на всякие сомнительнын задания.
Похоже, что это порадовало Алистера потому, что он криво улыбнулся, бросил муху на пол и наступил на нее ногой.
- И убивать, – добавил он.
- Да, убивать, – согласился Вшивс.

- Мы зарабатывали себе репутацию на протяжении тридцати лет! – Вшивс мерял шагами не очень большую комнату без окон, но с небольшим костерком в железной чашке. - И тут появляется этот опрятный французишка с гадкими усами и все нам портит? Неееет, нет, говорю я тебе, Алистер! Если кого-то нужно убить и замести следы, кого нанимают? – он действительно ждал ответа.
- Нас, – лениво выдавил из себы рослый то и дело чихающий мужчина.
- Вот именно! А, если мы не выполняем условия договора, то нас и нанимать не будут. Я решительно против, Алистер. А ты? – и снова ожидание ответа.
На этот раз подельник тоже был против, оторвался от чистки ногтей ножом, и в его словах появилось больше энтузиазма:
- Я тоже против, – ведь тогда у них больше не будет возможности убивать.
- Тогда чего мы ждем? – Вшивс не на шутку разогрелся, его пламенная речь подходила к концу.
- Рассвета.
- Точно, – будто чан холодной воды на голову, ведь задача была ясна «убить их всех на рассвете, чтобы они осознали, что больше не увидят дневного света, как я его не видел годами», - но нам ничто не мешает вытащить его на воздух, чтобы потом не было промедления. Хватай ящик с бандимунами, а я возьму нашего гостя.
Вшивс решительно вытащил из кармана палочку и толкнул дверь, к которой припал ухом Жером де ла Рош.

Воздух был наполнен предрассветной тишиной и сожалениями. Жером так радовался внезапному исчезновению всей своей семьи, что даже не позаботился о том, чтобы расследовать это происшествие, а сейчас было уже поздно. Его тащили к какому-то заветному месту, где  по логичке вещей должно быть достаточно сыро, чтобы там естественным образом могли появиться бандимуны.
- Вам не кажется, что вы торопитесь? До рассвета еще пара часов? Что  мы будем делать втроем на воздухе? Устроим пикник?
Все, что ему оставалось, так это тянуть время.
- Заткнись, болезный, – тяжелая рука Алистера опустилась на лицо зельевара, чем спровоцировала падение последнего.
Эту возможность нельзя было упускать, ла Рош скрутился на земле и быстро тихо заговорил:
- Соланж, официантка, – надо бы узнать ее имя, - они ведут меня к старому сараю у болот, поторопитесь, у меня почти не осталось времени...

Отредактировано Jerome de la Roche (18.10.2016 16:45:37)

+4

15

- Дорогая моя, я знаю лишь о десятой части его сделок, и то готова написать список из минимум полсотни человек, кто был бы не прочь повесить его голову над камином!  - Оставалось только лишь неуверенно кивнуть, нелепо переминаясь с ноги на ногу. Наверное, где-то внутри неё должен был пробудиться если не Орденец, то уж хотя бы аврор, который бы разметал подобно дракону все сомнения по углам и побежал с флагом на баррикады справедливости. "Остановить аристократический произвол!", кричал бы этот дракон, подтанцовывая под улучшенную версию марсельезы, "пусть пожнут что посеяли!", будет написано на кроваво-красных баннерах. Однако, внутреннему Тимуровцу некогда было думать о том, спасает она бандита или же достойного человека. Юный Тимуровец готов был броситься в любое пекло, спасая невинно-выглядящих мужчинок с усиками хоть по три в неделю. Хотя бы потому, что аппарировавшая Соланж выбора особо и не оставляла.

- Вооооооу, - вырвалось протяжными звуками подбирающегося к поверхности кита. Эвелин видела Букенгемский дворец, и даже Британский музей, и была в восхищении от Эдинбургского замка. Но то, что предстало перед глазами девушки, не могло сравниться даже с Вестминстерским Аббатством. "Здесь... живут... люди?" Кажется, где-то в промежутке между этими мыслями и первыми торопливыми шагами в сторону этого дворца она успела выдать ещё один какой-то звук, но он погряз в стуках каблуков, цоканиях копыт коня и криках птиц, которых Рейнсворт не могла даже назвать. Подошедший мужчина осмотрел её с ног до головы таким взглядом, будто бы она если не убила кого-то прямо у него на глазах (что, если так подумать, не должно было вызвать именно в этом доме особых вопросов), то как минимум пришла голая. Хотя что уж там, наверное, даже нагота выглядела бы лучше тех одежд, в которых девушка протирала столы Кабаньей Головы. Заржать, наверное, готов был уже даже конь Максимиллиан.

- Эм, Гвен, - представилась Эвелин, как-то совершенно позабыв о том, какой у неё был план дальнейших действий. Когда-то раньше она представлялась иным именем, сейчас её все звали как Эвелин, врать как-то было странно в последнее уже время. Однако почему-то она не думала, что сейчас её имя изменит хоть что-нибудь. На вопрос о выпивке она ответила - всего и побольше, пожалуйста, - рухнув в кресло. И только получив ответ - смешать или отдельно? - она поняла, что почему-то никто даже не удивился её выбору. Вокруг летали предметы всех категорий и форм, а сама Рейнсворт успела приручить капуцина, который откуда-то натаскал крекеров и сейчас, представьте себе, макал их в нечто, что сама Эвелин боялась подносить близко к носу, как бы сильно он ни начал терять чувствительность за столько месяцев упорного труда в одном из худших баров мира. Капуцину, как выяснилось, это никак не мешало. Он успешно прицепился к плечу Рейнсворт, что успела опрокинуть в себя не то горилку, не то бальзам, и схватить огромный ридикюль до аппарации.

- Где не кони там драконы! - Ридикюль казался тяжелее всей суммарности прожитых лет, и рухнул какому-то незнакомому мужчине прямо на ногу. Тот воскричал словно бы зазывая деда Мороза на праздник, и скакал на одной конечности, не в силах вытащить вторую конечность из под тяжести навалившихся вещей. И лишь в этот момент, под извечный ор незнакомца, Жером смог что-то передать по своему кольцу. Эвелин, схватив мужчину за локти (была бы она повыше ростом, то, несомненно, схватила бы его за плечи), хорошенько его тряхнула. - Сарай где тут, сарай? Или болото? Болото! - Но мужчина смотрел на неё глазами оленя, смотрящего в фары приближающегося автомобиля. И она не знала, было это вызвано агрессивно настроенной обезьяной на голове, или запахом рижского бальзама изо рта. - Иначе этот ридикюль не сойдёт с твоей ноги никогда! - Мужчина, поёжившись, указал дрожащими пальцами на табличку за спинами девушек, гласившую "просьба не приближаться к болотам, вам грозят опасные топи". "Какая глупая табличка", только и успела подумать Эвелин, "выглядит как зазывание к действию."

+2

16

Резкая смена обстановки пахла дурно в прямом и переносном смысле - близость болот давала о себе знать. Соланж успела только поднести к носу надушенный платок, чтобы ненароком не выгорели ноздри, а Гвен уже успела захватить в заложники свидетеля и допросить его с пристрастием. Мадам Забини с неожиданно проснувшейся благосклонностью посмотрела на спутницу - а по виду и не скажешь, что эта юная леди столь многообещающа. Вероятно, храбрости и удали ей придал предложенный Фернандесом напиток. "Нужно будет его попробовать", - подумала мулатка, подбирая подол платья - прогулка обещалась быть насыщенной приключениями и болотной тиной.
- Молодец, далеко пойдешь! - похвалила девушку Соланж и извлекла из ридикюля абордажный крюк, поблескивающий в предрассветных сумерках, который должен им понадобится с минуты на минуту. Затем левитационными чарами она подняла ридикюль с ноги допрашиваемого. - Теперь двигаемся тихо и осторожно, главное - не спугнуть похитителей, - негромко произнесла мулатка и направилась вперед, на раздающиеся издали голоса.
Грассирующий баритон Жерома она услышала издалека, не узнать его было сложно. К нему на бэк-вокале присоединились еще два уже не столь приятных тенора, один из которых говорил на чудовищном кокни. Соланж спряталась за тощеньким деревцем и прицелилась - две фигуры увлекали третью к топи. Что они намеревались делать, было и ежу понятно - заавадить несчастного аристократа и бросить тело в болото, чтобы не нашли. Соланж гневно раздула ноздри - даже она со всеми своими жертвами поступала куда уважительнее, провожая их в последний путь пышно и соблюдая традиции нужной страны. Эта парочка заслуживала наказание. Бросать орудие нужно было резко, внезапно, сражая за один бросок обоих похитителей, желательно не задев ла Роша.
- Пикник ему, может, еще бранч? Фуа гра с плесенью не хочет монсиньор? - кривлялся Вшивс.
Внезапно у Соланж мелькнула идея. Убрав крюк, она выпрямилась, вынула из декольте палочку и, подав загадочный знак Гвен, вышла из укрытия.
- Эй, уважаемые, почему нарушаем? - строго спросила она с жестким румынским акцентом. - Служба лесничества, - Забини издали показала удостоверение (которым, кажется, послужил пропуск в Лондонскую магическую галерею). - Разве не видели указатель - нельзя сюда? У нас тут дракон сбежал, ищем всем департаментом, неужто не слышали? А этот вон почему связан? - строго спросила женщина, кивнув на Жерома.

+1

17

Время бежало вперед и никого не ждало. Эту простую истину Вшивс и Алистер выяснили опытным путем, в основном, когда начали убивать за деньги.
Не испытывая никаких угрызейний совести, а лишь иногда финансовые затруднения, они решили сделать своим кредо “выполняем задачу с высокой эффективностью”, не с умеренной или стремящейся к идеальной, а именно высокой, что в их понимании означало стопроцентную эффективность. Конечно, за долгие годы их совместной деятельности случалось всякое, некоторые пытались бежать, другие не поддавались действию яда так, как следовало. Но все эти мелочи всегда устранялись, заказчик не испытывал неудобств, а, если и испытывал, то непременно получал бонусное убийство.
Что же касается конкретно этой темной истории, все шло совершенно наперекосяк. Какое-то время назад Вшивс и Алистер получили заказ на одну французскую семью, смерть которых должна была произойти в один день и не вызывать слишком уж сильных подозрений. Т.е. резня отменялась. Это в известной степени расстроило Алистера, но Вшивс смог убедить его в прибыльности мероприятия и всем членам семьи было отправлено приглашение в этот удивительный драконий парк, где и должно было произойти трагическое событие.
В условленный день все семейство собралось  для безвременной кончины. Все. Кроме одного, который сейчас валялся лицом в грязи и что-то скулил о пикнике.
Видимо, у него нашлось занятие получше.
-Нашлось у тебя занятие получше, да, жабоед? Не мог просто поехать в родственниками в парк, да? - еще один пинок прилетел Жерому под ребра.
В эту самую минуту перед ними нежданно и негаданно появились две волшебницы, одна из которых достала палочку и принялась важничать. Вшивс внимательно осмотрел обеих и растянул губы в улыбке.
- А этот нарушал законы лесничества, мы как раз вели его в компетентные руки, мэм, - он закрыл собой лицо Жерома, который не мог говорить потому, что задыхался в грязи, вероятно последний удар повредил ребро или даже несколько. -На ней нет формы, Алистер, приступай,- это уже в сторону своему напарнику, который вычищал грязь из-под ногтей большим ножом с удобной рукояткой.
-Понял, - отозвался долговязвый и двинулся на дам.
Вшивс же взялся за ящик с бандимунами и сделал вид, что собирается высыпать их на ла Роша.
- Советую вам принять смерть с достоинством, иначе вот он хлебнет сполна.

Неизвестно, что такое проснулось в Жероме в тот миг, ведь он никогда не отличался храбростью, жертвенностью или любовью к родственникам, но наверняка это было связано с желанием жить и концеацией “только я могу убить свою супругу”. Он сделал над собой усилие, встал на ноги и толкнул ящик так, чтобы бандимуны высыпались на Вшивса, тот, в свою очередь, истошно заорал.

+1

18

Далеко идти не хотелось ни Эвелин, ни обезьянке, ни даже, как казалось, несчастному ридикюлю которого к такому ни жизнь, ни производители не готовили. Но Соланж, возможно, была не так и не права, потому что идти им, на самом деле, было достаточно далеко. И не просто далеко, но ещё и через болота да топи, о которых так отчаянно предупреждала потёртая табличка. Однако, стоило им только добраться до сарая, как стало ясно, что несчастному Жерому угрожали далеко не только топи. Всё происходящее настолько напоминало сюжет какого-нибудь странного маггловского романа о детективах,что поверить в реальность происходящего было сложно. Или же это был алкоголь, разливающийся по телу обжигающим теплом? Если честно, в глазах плыло если не всё, то половина уж точно. Видимо, соображалка тоже куда-то уплывала, потому что что именно ей делать было в этой ситуации Рейнсворт понимала не очень.

Поэтому когда Соланж отдала ей сигнал, который Эвелин не поняла от слова "совсем", ей хотелось схватиться за край её мантии и больше никогда не отпускать. "Что мне делать?" Хотела она крикнуть как ребёнок, потерявшийся на Косом Переулке в дошкольные годы. Наверное, у неё был какой-то прекрасный, замечательный план. Вот только почему-то саму Эвелин в этот план решили не посвящать. А может быть, мадам Забини просто успела позабыть о том, что её спутница не умеет читать мысли. ли же сама Эвелин была настолько увлечена попыткой не утонуть в болоте на своих внезапно ослабших ногах, что пропустила всё мимо ушей. "Я больше не буду пить. Не буду. Никогда. Вообще. Пресвятые панталоны Мерлина, никакого алкоголя." Но теперь, во всяком случае, она была гораздо ближе к пониманию среднестатистического посетителя их сомнительного заведения, чем до посещения поместья Соланж. "Кажется, сегодня был ещё и мой первый визит в аристократское поместье." В общем, думалось обо всём, кроме... плана дальнейших действий.

- У нас тут дракон сбежал, ищем всем департаментом, неужто не слышали? - "Дракон?  Я должна притвориться драконом?" Мысли в голове слипались в единый комок. Наверное, если бандиты решат, что сбежавший дикий дракон идёт именно на них, то они могут и сбежать, но что она может сделать? Призвать патронус? Но проблема патронуса состоит в том, что он светится, и за настоящего дракона его никто не примет. Использовать инсендио, будто это его дыхание? Тогда к ним сбежится гораздо больше людей, чем ей хотелось бы. Просто пошуметь и поорать? Но какой идиот сможет принять маленькую девочку за дракона? Тем временем, пока Эвелин думала над тем, что ей делать, план, кажется, сменился. Если план хоть вообще как-то был, пока Рейнсворт продолжала торчать за деревом. Вот только обезьянка, кажется, сидеть в укрытии долго не собиралась. С истошным воем, что мог бы посоревноваться с криками баньши, обезьянка пресекла расстояние в несколько деревьев со скоростью белки-летяги, и прыгнула на Алистера, которому повезло не стать жертвой зловонных бандимунов. Бандимуны, по сравнению с обезьяной, вцепившейся ему прямо в ноздри, казались достаточно гуманным способом расстаться с жизнью.

- Инкарцеро! - Эвелин выскочила из леса как студенты выскакивают из аудиторий - быстро, прытко, но где-то в глубине души падая с ног. Алистер, что вцепился руками в обезьянку, что ухватилась пальцами ног ему ещё и за волосы, не сразу понял, что произошло. Вырвавшаяся из осиновой палочки верёвка извилась змеёй и приковала долговязого мужчину к дереву, пока обезьяна заняла всем своим достаточно небольшим телом ему всё лицо. Орал как и Алистер, рискующий расстаться с носом, так и Вшивс, катающийся по земле, покрытый существами, похожими на плесень с ножками, как веснушками. Ор стоял такой, что Эвелин не могла слышать даже собственных мыслей. - Петрификус тоталус! - Она небрежно кинула заклинание во Вшивса, и тот мгновенно замолчал, сжавшись как солдат на построении. И теперь она знала одно - Жером был в безопасности. Относительной, но безопасности. А значит ей самой нужно было уходить... И уходить как можно быстрее... Вот, прямо сейчас... "Но зачем, зачем они его похитили?" Кажется, интерес был гораздо сильнее желание сохранить и свою жизнь и свою личность в тайне. Осторожно подойдя к орущему Алистеру, она мягко отодрала от его лица воющую обезьянку. И открывшийся ей лик напоминал поле боя с траншеями и взрывающимися минами. "Обезьянки страшнее драконов."

+4

19

Что и говорить, безмятежная жизнь в поместье порядком расслабила мадам Забини, и потому она начала действовать самонадеянно и посчитала, что сможет в два счета обдурить этих негодяев. Они же оказались куда наглее и хитрее, чем те, что были во времена ее молодости. И дело обернулось бы совсем печально, не окажись в ногах ее супруга сил для удара по ящику с бандимунами, а на шее Гвен - Магдалены, с юности не переносящей грубые ругательства на любом языке. Мало что могло довести маленькую милую обезьянку до состояния разъяренной гориллы больше, чем обсценная лексика с поминанием мамки, чертей и анатомии, а на свою беду Алистер обильно посыпал ею свою речь. Кроме того, в трехкилограммовой тушке Магдаленки билось огромное сердце, искренне любившее как хозяев, так и сахарные ананасы, источником которых являлись для нее Жером и Соланж. И во имя сахарных ананасов она отгрызала Алистеру нос, пока с других ракурсов его жевали бундимуны.  И раз Гвен взяла обездвиживание злодеев на себя, Соланж бросилась к порядком потрепанному супругу, чтобы помочь ему подняться и высказать ему все, что она думает о его сомнительных авантюрах, драконах, болотах и тяге к дурной компании.
- Я бы не удивилась, если бы подобное случилось с Блейзом, но ты-то взрослый и умудренный опытом муж! - строго выговаривала она супругу, как следует наподдав по пути Вшивсу сапожком по почкам и попутно пытаясь вывести заклинанием пятно из тины с подола. - Я дракл знает что успела подумать и даже похоронить тебя куда раньше запланированного срока! И если бы не эта храбрая леди с недостойной работой и не Магдалена, то боюсь подумать, к чему все могло привести! Mon cœur, пообещай мне в следующий раз перед свиданием с убийцами и рецидивистами не забираться в такие дали и оставить предупредительную записку, - выговорившись, Соланж припечатала уста супруга поцелуем. - Пожалуй, нам стоит вызвать местных хит-визардов и вернуться домой? Фернандес готовит жаркое, а на десерт специально для нашей спасительницы подадут пять фунтов ананасов! Гвен, душенька, вы блестяще показали себя в бою! Вы тоже остаетесь на ужин, отказы не принимаются. И как нам вас отблагодарить?
Пустив в воздух сноп красных искр, она подобрала с земли ридикюль, взяла за руки де ла Роша и Гвен, на шею к которой вновь взобралась обезьянка. Подошло время аппарировать домой - издали слышались голоса румынских служащих правопорядка.

+3

20

Алистер не боялся боли и ранений, особенно на лице, особенно полученных в бою. Для их с Вшивсом дела это было только полезно. Кто будет доверять расчленение или пытки людям с ангельскими лицами? А вот тем, кто слегка потрепан жизнью и носит боевые шрамы вполне можно было поручить подобное задание.
Эта конкретная ситуация не предвещала положительного исхода в плане наживы или хотя бы возможности нанести телесные увечья, что уж говорить о таком желанном его напарником восстановлении справедливости.
Сам он был повержен, скручен веревками и истекал кровью в области лица. Другие бы выли от боли, но Алистер улыбался, втягивая носом кровь, а затем сплевывая ее и мокроту куда-то в болотную грязь. Вскоре улыбка переросла в хохот такой зловещий, что в пору было недоумевать и начинать подозревать, что победили они, а не внезапно появившиеся спасители жабоеда.
Впрочем, все это действо было лишь отвлекающим маневром для того, чтобы извернуться, достать до выпавшего ножа и разрезать веревки. Алистер сделал движение в сторону напарника, которое было чем-то средним между ползком и полупрыжком, отбил заклинание усатого, уже успевшего достал свою палочку из нагрудного кармана Вшивса, недобро зыркнул на всю компанию и трансгрессировал.
Что-то подсказывало окружающим, что это еще не конец.

Магглы в таких случаях обзванивали бы морги и вытрезвители, с волшебниками же дела обстояли совершенно иначе.
Поднявшись с колен и вытерев с лица грязь рукавом так, как это могут делать только аристократы, Жером поспешил извлечь свою палочку из кармана словоблудливого похитителя. В словах супруги имелся смысл и от этого становилось еще гаже на душе, чем было до этого. Он размяк, расслабился, почувствовал вкус хорошей жизни и ослабил оборону.
- Поверь мне, моя сочная слива, этого больше не повториться, - стиснув зубы, де ла Рош дал обещание больше себе, чем супруге, он должен будет пересмотреть образ жизни, который вел в последние годы. - Здесь все не так просто, они не хотели выкупа, не знали меня лично и не вели никаких дел с моими конкурентами. Это наемные убийцы, которые не достигли цели в первый раз, - он не успел договорить потому, что в этот самый момент Алистер вырвался, отбил его заклинание и исчез вместе с подельником. - Мерд! - воскликнул Жером, а затем посмотрел на жену. - Умоляю, скажи, что приглашение сохранилось.
Соланж знала, что вся семья де ла Рош погибла в этом самом заповеднике при невыясненных обстоятельствах, что отсутствовал только Жером, которого притащили сюда силой. Два и два сложить было не трудно, а значит их еще ждет увлекательная игра в детективов в ближайшем будущем со всеми вытекающими последствиями.
- Мадемуазель Гвен, - с неуверенностью произнес француз, кажется так девушку назвала Соланж, - благодарю за помощь, хоть вы и не обязаны были, - грязная рука потянулась с ручке официантки, которой в последствии коснулись такие же грязные губы. - Только намекните, чем я могу вас отблагодарить.
На это у них еще будет время, а пока лучше было скрыться с любопытным глаз и Жером не стал сопротивляться, дав Соланж унести себя в их семейное гнездо.

Вшивс пришел в себя не сразу. Он лежал на мшистом холме, чувствуя во рту противное послевкусие противоядия. Рядом у костра сидел Алистер, его рана на носу практически затянулось, хотя шрамы все же останутся.
- Мы не выполнили заказ, - резюмировал Вшивс.
Высокий мужчина в плаще и широкополой шляпе не обернулся, он смотрел на костер и выковыривал грязь из-под ногтей.
- Что нам теперь делать, Алистер? - голова его была тяжелой от боли и тяжелых мыслей.
- Убивать.

Отредактировано Jerome de la Roche (23.01.2017 22:15:07)

+1


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Завершённые эпизоды » Pubs and dungeons


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC