Hogwarts: Ultima Ratio

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Неоконченные эпизоды » broken in two - hurting as one


broken in two - hurting as one

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

- дата: 07.05.1998
- место: Кабанья Голова
- участники: Evelyn Rainsworth, Quinn Pierce
- внешний вид: в первых постах
- краткое описание: Интуиция ли, знание ли - не важно, что привело Квинн в этот день в Кабанью Голову в поисках подруги. Она не пришла на назначенную встречу, и так и не появилась в школе вот уже три дня. С трудом покидая замок, стараясь оставаться незамеченной, Квинн пробирается к месту работы Эвелин для того, чтобы понять, с чем именно им пришлось столкнуться, вступив в Орден Феникса...
- примечания:

0

2

Редко когда Кабанья Голова могла показаться уютным местом. Кажется, такого воспоминания так и не отложилось в голове Кви. В любом случае, выбора особо не было и она с трудом оттолкнула от себя тяжелую дверь, входя в пустое помещение. Помещение, которое так редко заставляло улыбаться. В нос вдарил запах какого-то парнокопытного. В голове снова пронеслось "Опять эти козы".
Она помнит, как ходила из стороны в сторону в ожидании подруги. Помнит, как нервничала и кидала усталые взгляды на часы, просто потому, что Эвелин знает - Квинн терпеть не могла ожидание.
Вы знаете, никто не любит ждать. Те кто говорят, что любят или могут это терпеть довольно долго, лишь отшучиваясь - врут. Мало того, что ты уже согласен на встречу (а некоторые, между прочим, не самые приятные), так ты ещё тратишь время на ожидание, тратишь время на обдумывание причины, тратишь время на то, чтобы наконец понять - тебе тут делать нечего, иди уже домой, она не придет.
Самое противное в этой ситуации то, что вы ничего не можете исправить. Допустим, кто-то приходит опоздав на минут десять. И что? "Это плохо, не делай так больше". Однако, никто не застрахован от того, что его собьет автобус, съест собака, убьет рояль, которая падает с крыши здания. Люди не будут опаздывать именно по этой причине, но, в принципе, вполне могут использовать это как отговорку. Никто же не будет говорить правду? Нельзя сказать честно "Извини, я просто не хотел приходить" или "Я опоздал? Я думал, что вообще не приду", ведь, вообще-то, это ранит людей. Немного. Это если по секрету говорить.
Эвелин не сказала.
Не сказала ничего, не сказала "Извини, что опоздала", не сказала "Ты знаешь, такая история приключилась, ты просто не поверишь", не сказала "Ну ладно, сливочное пиво за мой счет!"
Не сказала ничего потому, что не пришла.
И это изводило Квинн знаете сколько дней? Три. Три чёртовых дня она не могла найти себе ни места, кажется, успев почувствовать все, что только может пропустить через себя человек. Тут была щепотка обиды, может быть пару ложек злости и на самом деле, всё это варилось на бульоне переживания. Переживания, что что-то произошло, потому что тут явно была какая-то причина. Не просто же так подруга её кинула?
В любом случае, целых три дня Пирс старалась не думать об этом всем. У неё были и другие дела - май был месяцем подготовки к экзаменов, поэтому она и сама вся была в каких-то проблемах учеников, да и своих тоже. Проблема лишь в том, что одна мысль не покидала голову розоволосой на протяжении всех этих дней:
"Все ли хорошо?"
И через три дня она решила, что обо всем должна узнать. Чёрт побери, они подруги или кто? Если Рейнсворт не идет к ней, значит, она сама пойдет к Эвелин.
Поэтому она здесь. В вонючем темном помещении, аккуратно ступает по полу, что немного прогибается под её весом. В прочем, шаги стали ровнее и быстрее, когда впереди показалась фигура высокого мужчины.
Аберфорт.
- Где Эвелин? - спрашивает она настолько серьезно, насколько вообще могла бы. Чем жестче она будет смотреть на него сейчас, не здороваясь, не спрашивая как его жизнь и не шутя на тему пары ярких лампочек по углам, тем будет лучше - может тогда он воспримет всерьез? - Мне нужна Эвелин.
Он молчит. Молчит, и лишь складывает руки на груди, кажется, не особо желая с ней говорить. В голове пролетает неуместная мысль про проглоченный язык, и девушка прищуривается. Щурилась бы до той степени, пока глаза не закрылись бы совсем.
Тогда я сама её найду, - наконец, решает девушка и быстрыми шагами проходит мимо Аберфорта, уклоняясь от его вытянутой руки. В прочем, старик не шибко хотел идти против неё. Она быстро поднимается по лестнице, громко говоря "Эвелин Рейнсворт, чёрт побери", что ведёт на второй этаж ветхого здания. Кажется, теперь в ней просыпаются те воспоминания, что застыли в ней в течении этих трёх дней. Снова эта злость подступает к горлу.
И именно поэтому она так резко открывает дверь и останавливается, ища глазами подругу, а голова лишь усердно вырабатывала грубые предложения о том, как ей было плохо.

+1

3

The days are a death wish
A witch hunt for an exit
I am powerless...

The fragile, the broken
Sit in circles and stay unspoken
We are powerless...

Топот ног по скрипящим ступеням, приближающийся с неизбежностью цунами, доносился через пелену сознания громом. Голос, такой знакомый и неизменно-звонкий, как звучание чистейшего ручья, проливался на голову да плечи ливнем. Как же ей сейчас хотелось побыть одной - как хотелось завернуться в использованный до дыр плед по самую макушку и хотя бы попытаться окунуться в мягкие объятия безмятежного сна. Потому что Эвелин больше не могла спать. Содрогаясь от заживающих ран при каждом движении. Просыпаясь с криком от каждого ночного кошмара, возвращающего в прошлое. Рыдая в подушку проеденного молью дивана, не в силах совладать с сокрушительной эмоцией, навалившейся всей своей огромной массой - давящей на горло, перебивающей дыхание. Не в силах совладать и со своей неспособностью совладать. Страх, стыд, отчаяние - впервые в жизни она не могла выразить свои эмоции. Первый раз она испытала желание закупорить свои страдания как пробкой бутылку. Потому что она знала, что увидит в глазах подруги страх - и это усилит её собственный в сотни, в тысячи раз.

- Квинн... - Она вскочила с места, сев настолько резко, что у неё закружилась голова, наполняя тело тошнотой. Покрывало, натянутое на тело цепляющимися в него руками как за флаг, за который можно было отдать сотни и тысячи жизней, не могло скрыть практически ничего. Ни отвратительных ран на плечах и груди, перевязанных желтоватыми тканями, ни страшного ожога на шее, застывшего подобно окровавленному ошейнику, проникающему кровью через перевязку. Не могло покрывало скрыть и синяков, и опрокинутой склянки костероста на тумбочке, ни разбросанных в слепой ярости предметов на полу. Ни, к сожалению, опухших от плача век, за которыми едва можно было различить бегающие по углам глаза. Ни побелевшей кожи, с как у призрака пролегающими синими тенями. Пирс видела всё - всё, что Эвелин хотела скрыть, что хотела забыть, и от чего хотела сбежать. Понимала ли она, что значит желать снять собственное тело как грязный пиджак? А Эвелин хотела бы объяснить это сама. И не понимала, почему сейчас Квинн сама решила ворваться к ней.

- Прости меня, пожалуйста, я... - и слова застревали в горле, цепляясь друг за друга, словно бы боясь свободы, - я не могла рассказать тебе, Квинн. Не сейчас. Не так рано. - Что она видела сейчас перед своими глазами - замечала ли боль, ревущую в комнате неслышимым голосом? Или же страх, завывающий под скрипящими половицами? Видела ли каждый синяк, царапину на щеке. Видела ли отсутствие сна, нежелание есть? Рейнсворт отвела взгляд. Она так и не могла объяснить, почему ничего не рассказала. Почему выбрала молчание своим инструментом даже с самым близким человеком. Единственным близким человеком, который у неё только остался. Но ведь признать произошедшее ей, значило признать это самой себе. А что могло быть страшнее? Эвелин посмотрела на Аберфорта, топчущегося на пороге. И даже он опустил взгляд... - Не смотри, я прошу тебя.

Отредактировано Evelyn Rainsworth (16.06.2016 10:58:27)

+1


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Неоконченные эпизоды » broken in two - hurting as one


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC